facebook vkontakte twitter youtube    

Time: 8:09
Александр Моисеев

Александр Моисеев

обозреватель журнала «Международная жизнь»

 

Полгода спустя после первой попытки выйти из кризиса путем всеобщих выборов (20 декабря 2015 года) создание новой правительственной команды реформаторов в Испании так и не увенчалась успехом. По результатам голосования ни одна из партий не смогла сформировать правительство единолично.  

Переговоры между лидерами  партий основной четверки провалились. Коалиция не сложилась, и король Испании Фелипе VI был вынужден объявить о проведении новых, внеочередных выборов 26 июня.

Предвыборная борьба была, как всегда, жесткой: взаимные обвинения, нападки, разоблачения, мелкие провокации.

Статистика выборов такова. К избирательным урнам 26 июня должны были прийти немногим более 35,5 млн. испанцев плюс 2 миллиона тех, кто живут и работают за рубежами королевства, которые голосовали в разных странах. На территории же Испании было организовано 57 526 избирательных участков. Испанцам предстояло избрать в двухпалатный парламент 350 депутатов конгресса и 208 сенаторов. Для этого государство заготовило 360 миллионов бюллетеней и 66,8 миллиона конвертов. Из бюджета королевства на выборы было выделено 131 миллион евро, на 427,5 миллиона больше, чем полгода назад. Значительная сумма пошла на обеспечение безопасности голосования, которую обеспечивали 91700 полицейских и агентов спецслужб. Напомним, что эти выборы в истории демократической Испании были тринадцатыми по счету за последние 40 лет. 

И, следует отметить, нынешние всеобщие выборы проходили в целом спокойно, организованно. Корреспонденту «Международной жизни» довелось побывать на одном из избирательных участков в городе Вальядолид (историческая автономная провинция Кастилия и Леон), где своими глазами мог наблюдать четко организованный процесс голосования. Избиратели шли на участки активно, нередко целыми семьями, с детьми. Голосование началось в Испании с 9.00 и продолжилось до 20.00. К двум  часам дня в стране уже проголосовало около 40% избирателей. Затем процесс пошел еще активнее. Хотя, наблюдатели отметили, что по сравнению с 2015 годом, когда к урнам пришли 73,2% испанцев от 35,5 млн., имеющих право голоса, ныне в голосовании приняло участие меньше избирателей – 69,83%. Это свидетельствует о некотором неверии части электората в то, что эти выборы принесут им и стране перемены к лучшему.  

Вообще, особых эксцессов испанские СМИ не отмечают. Хотя без происшествий не обошлось. Так, в поселке Терраса провинции Барселона (Каталония), членом избирательной комиссии оказался … исламист, активный сторонник запрещенной в России и ряде других стран так называемого Исламского государства (ИГ) некий Давид Франко Портолес, 26 лет от роду. Он был замешан в террористическом заговоре в Барселоне, арестован вместе с другими боевиками, а затем отпущен на свободу до вынесения решения. Давид Франко и на избирательный участок пришел, демонстративно облачившись в исламские одежды.

  За минувший месяц местными и иностранными политологами было сделано множество прогнозов. В основном «знатоки» склонялись к тому, что основная борьба будет происходить между «четверкой» лидеров – правой Народной партией (PP), социал-демократической Социалистической народной партией (PSOE), левой коалицией партий Мы можем и Объединенные левые, включая Компартию Испании,  (Unidos Podemos) и правоцентристской Горожане (Ciudadanos). Вообще же, в избирательной кампании участвовали 14 крупных и мелких партий и объединений. Но не все они дошли до финиша, преодолев 3-процентный барьер.

В этот же день голосования, ближе к ночи, по теле- и радиопрограммам  начали обнародовать результаты выборов. Кого-то они сильно удивили, а кого-то и не очень. По опросам, предполагалось, что победу с незначительным перевесом одержит Народная партия Марьяно Рахоя, который после 20 декабря прошлого года исполнял обязанности главы правительства Испании. На второе и третье места претендовали социалисты (лидер - Педро Санчес) и Объединенные Мы можем - Unidos Podemos (лидер - Пабло Иглесиас). Причем предпочтение многими отдавалось последним, учитывая заметное падение народной поддержки PSOE. Четвертое место все аналитики отдавали Горожанам – Ciudadanos (лидер – Альберт Ривера). Однако, больших сюрпризов не случилось, за исключением мало ожидаемой заметной победы правой Народной партии, которая завоевала в конгрессе депутатов на 14 мест больше, чем на выборах 20 декабря, получив 33% всех голосов. Социалистическая народная партия Испании, PSOE, получила 22,7% голосов, завоевав 85 депутатских мест, на 5 меньше, чем в 2015 году, сумев сохранить за собой второе место и не пропустив вперед объединение Unidos Podemos, которое получит в конгрессе депутатов 71 место (21,1% голосов), а на четвертом месте, как и ожидалось, но с потерей 8 депутатских мест (получив теперь 32, и 13% голосов) в группе партийных лидеров королевства остается правоцентристская партия Ciudadanos.        

Итак, лидер Народной партии Марьяно Рахой и его сторонники, получившие на сей раз поддержку общества на 600 000 голосов больше, чем 20 декабря 2015 года, празднуют победу. Выступая ночью в Мадриде с балкона на одной из центральных площадей столицы, он горячо поблагодарил своих сторонников за поддержку и заверил, что он и его Народная партия будут работать в интересах всех испанцев, - и тех, кто голосовал за эту партию, и тех, кто за нее не голосовал. «Нам довелось жить и работать в трудных условиях кризиса, - заявил Рахой. – Мы и впредь будем вместе со всеми испанцами. Народная партия их не подведет».  

Для лучшего понимания ситуации, напомню прогноз доктора экономических наук, руководителя Центра иберийских исследований Института Латинской Америки (ИЛА) РАН, профессора Российского экономического университета им. Г.В. Плеханова Петра Яковлева, который полтора месяца назад отмечал в интервью журналу «Международная жизнь»:  «PP имеет шансы улучшить свои результаты, хотя и не настолько, чтобы получить абсолютное большинство (176 мест) в конгрессе депутатов и самостоятельно сформировать правительство. Более того, даже вступив в альянс с партией Ciudadanos (возможность, которую эксперты полностью не отвергают), консерваторы вряд ли получат искомое абсолютное большинство. Отсюда – реанимация идеи «большой коалиции» с участием PSOE. В любом случае, на выборах 26 июня ожесточенная борьба развернется за каждый голос.

Podemos и IU Пабло Иглесиас и Альберто Гарсон подписали совместный документ, озаглавленный «Изменить Испанию: 50 шагов, чтобы управлять вместе» и содержащий согласованную сторонами программу действий будущего правительства левых радикалов. Тем самым был взят курс на «перехват» у социалистов максимально возможного количества голосов левого электората и оттеснение PSOE на вторые роли в национальной политике.

На это недвусмысленно указывают и имеющиеся прогнозы распределения голосов по итогам предстоящих июньских выборов: PP должна получить поддержку 27.6% электората (в декабре прошлого года «народники» имели 28.7%), PSOE «соберет» 22.2% (было 22%), Podemos – 19.2% (20.7%), Ciudadanos – 16.2% (13.9%). Таким образом, как мне представляется, радикальных изменений в расстановке сил не предвидится, что вновь поставит вопрос о создании коалиционного правительства…

Ключевая задача текущего момента, считает Петр Якловлев, – преодолеть деморализующий эффект психологического ступора, в который вогнали Испанию лидеры основных партий, не допустить дальнейшей политической поляризации, которая может обернуться самыми негативными последствиями для испанского государства.

Что ж, прогнозы испанских и российских исследователей осуществились лишь частично. Рахой и его Народная партия победили, но абсолютного большинства (176 депутатских мандатов) в конгрессе для формирования однопартийного правительства у них нет. Парламентарии соберутся на заседание 19 июля. Им предстоят трудные переговоры по созданию правящей коалиции. 

 

…Как заявил в день выборов 26 июня лидер Народной партии Марьяно Рахой, «Испания будет такой, какой ее хотят видеть испанцы». Красиво сказано. Но у разных слоев общества – свое видение будущего Испании. Удастся ли подавляющему большинству граждан королевства достичь компромисса с оппонентами и хоть как-то привести это свое видение к общему знаменателю, покажет ближайшее время. Несмотря на успех Народной партии, вопрос о большой правительственной коалиции вновь стоит на повестке дня. Или он будет решен положительно, или – новые досрочные выборы. А может быть, откроется третий путь? В любом случае, этот политический ребус решать испанцам.

 

Беседа обозревателя журнала «Международная жизнь» Александра Моисеева  с доктором экономических наук, руководителем Центра иберийских исследований Института Латинской Америки (ИЛА) РАН, профессором Российского экономического университета им. Г.В. Плеханова Петром Яковлевым.

- Петр Павлович, сегодня отношения Российской Федерации со  странами Латинской Америки характеризуются  как стратегическое партнерство. Это закреплено в двусторонних межгосударственных документах. Подтверждением указанной тенденции явилось подписание в апреле 2015 г. совместной российско-аргентинской декларации о всеобъемлющем стратегическом партнерстве. Сегодня  у России есть программа стратегического развития всестороннего партнерства со странами Латинской Америки и Карибского бассейна? Как она реализуется?

- Поднимая отношения на стратегический уровень, стороны предполагают, что в основе их крепнущего политического и экономического взаимодействия лежит близость (или совпадение) базовых национальных интересов. Перед партнерами стоят схожие и взаимосвязанные задачи, для решения которых  необходимы благоприятный международный климат, стабильная и спокойная обстановка в мире.

Хочу обратить ваше внимание на то, что никогда прежде не было, чтобы Россия поддерживала, как сегодня, дипломатические отношения со всеми 33 независимыми государствами Латинской Америки и Карибского бассейна (ЛАКБ). Латиноамериканский акцент во внешней политике Москвы стал заметным. Надо признать, что двусторонние связи с некоторыми странами региона носят скорее формальный характер, не наполнены реальным торгово-экономическим и политическим содержанием. В одних случаях эти связи в течение длительного времени сохраняют сравнительно низкий «профиль», в других топчутся на месте, несмотря на периодические заявления с обеих сторон о «больших перспективах» и «огромном потенциале».

Однако есть группа стран, взаимодействие с которыми имеет решающее значение в российско-латиноамериканских отношениях. Состав этой группы не остается неизменным, она пополняется новыми государствами, сотрудничество с которыми по тем или иным причинам приобретает особый характер, получает статус стратегического партнерства. На сегодняшний день такой тип отношений характеризует связи РФ с Аргентиной, Бразилией, Венесуэлой, Кубой, Никарагуа и Эквадором. На разных направлениях сравнительно далеко продвинулось взаимодействие нашей страны с Боливией, Гайаной, Мексикой, Парагваем, Перу, Чили, рядом других стран.

- Что, на ваш взгляд, позволило в практической плоскости поставить вопрос об установлении стратегического партнерства России с государствами латиноамериканского региона?

- Во-первых, наличие политически весомых и экономически значимых для стран-партнеров национальных целей, достижение которых в рамках обычного межгосударственного сотрудничества затруднено или невозможно. В контексте российско-латиноамериканского сотрудничества к такими целям я отношу защиту и укрепление государственного суверенитета и международных позиций РФ и стран Латинской Америки. К этим же целям можно отнести также обеспечение национальных хозяйственных комплексов жизненно важными ресурсами (энергетическими, товарно-сырьевыми, продовольственными, финансовыми), совместное решение проблем безопасности, включая противодействие организованной преступности, трансграничному терроризму и наркотрафику, развитие сотрудничества в высокотехнологичных отраслях и в военно-технической сфере, наращивание контактов в области науки и образования.

Во-вторых, большое значение для формирования системы стратегических отношений имеет совпадение или близость взглядов партнеров на ключевые международные процессы и явления, глобальные и региональные проблемы, а также сопрягаемость политико-дипломатических подходов сторон к решению спорных вопросов и урегулированию конфликтных ситуаций. В этой связи напомню результаты голосования 27 марта 2014 года на Генеральной Ассамблее ООН по проекту резолюции № A/68/L.39 «Территориальная целостность Украины». Как известно, в целом голосование латиноамериканских стран было для России более благоприятным, чем позиции государств других районов мира, что само по себе весьма показательно.

В-третьих, стратегическое партнерство предполагает одновременное (и параллельное) эффективное взаимодействие не в одной-двух, а в нескольких приоритетных сферах межгосударственных контактов. Оно нацелено на создание климата взаимопонимания и доверительности, в том числе в контактах представителей высшего руководства. Последнее особенно важно: не секрет, что у президента Владимира Путина сложились доверительные рабочие отношения с целым рядом латиноамериканских лидеров, включая руководителей Аргентины, Бразилии, Боливии, Венесуэлы, Кубы, Никарагуа, Эквадора.

Исходя из названных базовых условий, можно следующим образом структурировать принципы, на которых выстраивается парадигма российско-латиноамериканского стратегического партнерства: это -

реальная, подкрепленная конкретными действиями заинтересованность сторон в расширении двустороннего и многостороннего сотрудничества, взаимное признание стратегического характера отношений и его закрепление в межгосударственных соглашениях, категорический взаимный отказ от дискриминационных (или недружественных) действий относительно друг друга в торгово-экономической, финансовой и политической сферах, учет политических и экономических интересов партнера, готовность идти на взаимные компромиссы для достижения общих стратегических целей (даже в тех случаях, когда такого рода действия неоднозначны с точки зрения непосредственной собственной выгоды). Примером такого подхода является списание Москвой в 2014 году 90% кубинского долга общим объемом 35 млрд. долларов. Это и не конъюнктурный, а долгосрочный, рассчитанный на длительную перспективу характер партнерских отношений, постоянный мониторинг развития двусторонних связей во всех ключевых областях взаимодействия, договорно-правовое закрепление в межгосударственных документах основного содержания и магистральных направлений развития и углубления стратегического сотрудничества. Очень важно при этом и то, что консолидация договорно-правовой базы партнерства – гарантия того, что принципиальные цели и задачи взаимодействия сторон не будут существенно меняться в зависимости от смены руководства в одном или обоих государствах.

- Для успешного и энергичного стратегического сотрудничества в наш быстротечный век необходимо постоянно вырабатывать механизмы и инструменты реализации намеченных планов, не так ли?

- Безусловно. И очень важно, чтобы такие механизмы охватывали все сферы партнерских отношений, последовательность и предсказуемость выполнения сторонами взятых на себя обязательств. Назову также инициативность партнеров в выдвижении новых идей и предложений, реализация которых способна расширить пространство политического и экономического взаимодействия. Здесь необходимо и взаимное стремление придать максимально эффективный характер стратегическому сотрудничеству, плоды которого должны ощутить обе стороны, причем не только государственно-политические элиты и бизнес-сообщество, но и широкие общественные круги.

Очевидно, что в основе стратегического сближения России и стран ЛАКБ лежит экономическая взаимодополняемость, обоюдная заинтересованность в диверсификации внешних связей. Важен и тот момент, что в рамках стратегического партнерства российские предприятия получают возможность прямого участия в процессах регионализации и глобализации латиноамериканской экономики, приобретают полезный опыт международного предпринимательства в условиях жесткой (если не сказать жестокой) конкуренции. На мой взгляд, такой опыт для отечественных производителей, перед которыми стоит задача более широкого выхода на мировые рынки с несырьевой продукцией, особенно необходим.

Существенен и политико-географический контур российско-латиноамериканского сотрудничества. В частности, нельзя сбрасывать со счетов тот факт, что отношения стратегического партнерства России и Латинской Америки формируются на ближайших геополитических и геоэкономических рубежах США. Несмотря на сравнительную растянутость во времени процесса налаживания зрелого взаимодействия РФ с государствами ЛАКБ, прорыв в этих отношениях (кульминацией которого была поездка Владимира Путина в июле 2014 года на Кубу, в Никарагуа, Аргентину и Бразилию и его встречи с лидерами большинства южноамериканских стран в ходе бразильского саммита БРИКС) стал для Вашингтона своего рода геополитическим сюрпризом.

Формулируя суть стратегического партнерства, можно констатировать, что это такое межгосударственное сотрудничество, которое без жестких союзнических связок и некомфортных взаимных обязательств обеспечивает партнерам возможность объединить усилия ради успешного решения действительно важных внутренних и международных задач.

- Петр Павлович, в каких основных форматах разворачивается сегодня стратегическое партнерство России со странами Латинской Америки?  

- В современных условиях наше сотрудничество развивается в трех взаимодополняющих форматах: глобальном, региональном (многостороннем) и двустороннем. В каждом случае речь идет о поиске наиболее адекватных рамок российско-латиноамериканского взаимодействия. На глобальном уровне Российская Федерация и ведущие латиноамериканские государства заинтересованы в совершенствовании и повышении эффективности существующего мирового порядка в сферах безопасности, экономического развития, кредитно-финансовой, стабилизации сырьевых, продовольственных и энергетических рынков. Последнее стало особенно актуальным в 2014‒2015 годы, когда произошел обвал мировых цен на многие товары российского и латиноамериканского экспорта.

Главными глобальными площадками политико-дипломатического взаимодействия РФ со странами ЛАКБ стали органы ООН и «Группа двадцати» (G-20), куда входят Россия, Аргентина, Бразилия и Мексика. Стороны, опираясь на возросший хозяйственный потенциал, стремятся к продвижению своих интересов на мировой арене, борются за «место под солнцем». Это требует демократизации системы международных отношений и отказа от политики диктата и двойных стандартов. Такой курс встречает явное или скрытое противодействие ведущих западных держав и созданных под их эгидой глобальных институтов (Всемирного банка, Международного валютного фонда и т.д.). Инициативную роль в «сдерживании» России и Латинской Америки играют США и Европейский союз.

Вот вам характерный пример: как отмечалось в итоговом документе саммита G-20 в турецкой Анталье (15-16 ноября 2015 г.), с 2010 г. Вашингтон блокирует выполнение принятых (этой организацией и поддержанных всеми остальными странами-членами) реформ квот и структуры управления (просьба пояснить, напр.: согласованные на таком-то саммите реформы) МВФ, отвечающих стремлениям РФ и латиноамериканских стран. Против интересов России и Латинской Америки направлены и периодически вводимые Евросоюзом ограничительные торговые и финансово-экономические меры, наподобие печально известных антироссийских санкций. К сожалению, можно предположить, что указанное противодействие будет возрастать по мере дальнейшего изменения стратегического баланса сил. Это объективно предопределяет потребность укрепления российско-латиноамериканского партнерства, в том числе и для преодоления негативных последствий санкционного режима.

Что касается регионального уровня, его значение определяют центростремительные интеграционные процессы, в течение десятилетий развивающиеся на латиноамериканском пространстве. Напомним, что с 1960 г. в географическом ареале ЛАКБ возникло 26 различных межгосударственных организаций, ставящих целью наращивание торговых обменов, объединение финансово-экономических усилий латиноамериканских стран и их политико-дипломатическое взаимодействие. В Москве в полной мере учитывают этот важный тренд и предпринимают конкретные шаги по структурированию отношений с интеграционными группировками Латинской Америки.

- И этому есть красноречивые примеры?..

- Конечно, есть. Так, в мае 2013 года состоялся первый визит в Россию дипломатов так называемой расширенной тройки Сообщества латиноамериканских и карибских государств (Comunidad de Estados Latinoamericanos y Caribeños, CELAC) во главе с министром иностранных дел Республики Куба Бруно Родригесом Паррильей. По итогам переговоров с главой нашего МИД Сергеем Лавровым стороны предложили сформировать постоянный механизм политического диалога и сотрудничества в формате Россия – CELAC. Взаимодействие должно быть направлено, в частности, на укрепление многосторонности и продвижение принципов международного права и Устава ООН; консолидацию демократии и обеспечение прав человека; борьбу с международным терроризмом; совместное противодействие незаконному обороту наркотиков и оружия, а также другим угрозам и вызовам; содействие энергетической и продовольственной безопасности; охрану окружающей среды; устойчивое экономическое развитие.

Принципиально новые перспективы сотрудничества открылись после начала функционирования (с 1 января 2015 г.) Евразийского экономического союза (ЕАЭС), в который наряду с Россией входят Армения, Белоруссия, Казахстан и Киргизия. Например, возникли условия для проработки в практической плоскости вопросов о свободной торговле между ЕАЭС и региональными интеграционными группировками латиноамериканских государств. Кроме того, в повестку дня диалога Россия – Латинская Америка был включен вопрос о сотрудничестве между ЕАЭС и Общим рынком стран Южного конуса (Mercado Comun del Sur, Mercosur), в который входят Аргентина, Бразилия, Венесуэла, Парагвай и Уругвай (Боливия находится в процессе присоединения). В частности, при прочих благоприятных условиях речь может идти о постепенном формировании зоны свободной торговли ЕАЭС – Меркосур, а в более отдаленной перспективе – «мягкого» варианта единого экономического пространства.

Высокой интенсивностью отмечены контакты на двустороннем уровне. Это и встречи высших руководителей, и регулярные консультации министров иностранных дел, парламентские связи, а также многочисленные взаимодействия различных государственных ведомств, представителей деловых кругов, деятелей науки и искусства. К новым формам двустороннего межгосударственного взаимодействия РФ и стран ЛАКБ можно отнести достижение принципиально важных соглашений о введении безвизового режима взаимных поездок. Такой режим уже действует в наших отношениях с большинством государств Южной Америки, и практически ежегодно к нему присоединяются все новые латиноамериканские страны. Так, в сентябре 2015 г. «на полях» 70-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН соглашение об условиях отказа от визовых формальностей при взаимных поездках граждан двух стран было подписано С.В. Лавровым и главой внешнеполитического ведомства Гайаны Карлом Гриниджем.

Особым форматом российско-латиноамериканского взаимодействия стало сотрудничество России и Бразилии в рамках БРИКС. Взаимодействуя на этой уникальной многосторонней площадке, Москва и Бразилия имеют возможность подключить к осуществлению совместных хозяйственных проектов партнеров по БРИКС – Китай, Индию, ЮАР. Именно такой подход лежит в основе принятой на саммите в Уфе (июль 2015 г.) Стратегии экономического партнерства до 2020 года. Как отметил В.В. Путин, «ее комплексная реализация будет укреплять взаимодополняемость экономик государств БРИКС, позволит шире задействовать общие ресурсы и резервы, чтобы нарастить товарные потоки и капиталовложения».

Хотел бы подчеркнуть и то обстоятельство, что участие России и Бразилии в БРИКС привлекает к данной группе внимание других латиноамериканских стран. Не случайно в политических и экспертных кругах в 2014‒2015 годах активно обсуждалась возможность присоединения к БРИКС Аргентины. Как было отмечено одной из коллективных монографий сотрудников ИЛА РАН, «сближение Латинской Америки с БРИКС способно заметно увеличить политико-экономический потенциал региона и усилить его внешнюю проекцию».

- Приведенные вами факты и соображения свидетельствуют о значимых переменах, произошедших в отношениях между Россией и странами Латинской Америки в последние годы и позволивших вывести эти взаимоотношения на уровень стратегического партнерства. Однако, в российско-латиноамериканском сотрудничестве в самое последнее время образовались и контртенденции. Каковы причины их появления?

- Разумеется, нельзя не видеть и тех сложностей, вызовов и рисков, которые способны, как минимум, затормозить реализацию намеченных планов. Эти явления возникли под воздействием как внешних (международных), так и внутренних (национальных) факторов.

К первым следует отнести, прежде всего, резкое ухудшение глобальной экономической конъюнктуры для экспортеров сырьевых товаров и продовольствия. К их числу принадлежат Россия и большинство латиноамериканских государств. По подсчетам экспертов компании «Bloomberg», в октябре 2015 года уровень мировых цен на большинство commodities был самым низким с 1999-го, что объясняется замедлением экономического роста в Китае и других развивающихся азиатских странах, а также последствиями кризисных явлений в Европе и Японии. Особенно ощутимо экспортеры сырья и сельхозпродуктов пострадали в последние пять лет. Так, в этот период цены на нефть упали (в среднем) на 46%, на природный газ – на 82, никель – 59, алюминий – 54, медь – 41, кофе – 61, сахар – 58, пшеницу – 56, соевое масло – 52, кукурузу – на 32%.

Внешние шоки вошли в резонанс с внутренними проблемами. Главная их них ‒ материальный и моральный износ той модели социально-экономического развития, которая с большим или меньшим успехом функционировала в государствах Латинской Америки в 2003‒2013 годы и обеспечивала им сравнительно динамичное увеличение основных макроэкономических показателей. В результате, по данным Экономической комиссии ООН для Латинской Америки и Карибского бассейна (Comisión Económica para América Latina y el Caribe, CEPAL), совокупный ВВП региона в 2015 сократился на 0,7%, а экспорт упал на 14%. Если учесть, что в 2013-2014 годы вывоз товаров уменьшался, соответственно, на 3 и 0,4%, можно говорить не об изолированном случае, а о сложившейся негативной тенденции. (То есть по трем последним годам уменьшение экспорта составило 3%, 0,4% и 14%? Тут требуется или уточнение, или пояснение разброса.) Экспорт падал три года подряд.

В числе государств, в максимальной степени пострадавших от кризисных потрясений последних лет, оказались стратегические партнеры РФ в регионе: Аргентина, Бразилия, Венесуэла. Согласно оценке МВФ, в 2015 аргентинский ВВП почти не изменился (рост на 0,4%), бразильский – сократился на 3%, а венесуэльский показатель обрушился на 10% (!). Прогноз на 2016 год тоже малоутешительный: экономика Аргентины должна «ужаться» на 0,7%, Бразилии – на 1,0%, а ВВП Венесуэлы уменьшится еще на 6%. По-видимому, сокращение ВВП будет сопровождаться дальнейшим снижением внешнеторгового оборота, что затронет и товарные обмены указанных стран с Россией.

Определенные вызовы и риски для перспектив российско-латиноамериканского стратегического взаимодействия просматриваются и в политической сфере, поскольку ряд лидеров наших ключевых стран-партнеров либо утратил власть (Кристина Фернандес де Киршнер в Аргентине), либо попал под сильнейший прессинг оппозиции (Дилма Руссефф в Бразилии), потребовавшей отставки бразильского президента. (Надо бы как-то отделить страны-партнеры от их лидеров.) В сложной ситуации находится и венесуэльский лидер Николас Мадуро. Но и это еще не все. В полосе суровых испытаний оказалась и российская экономика. Как и в Латинской Америке, в России практически «вышла из строя» та модель роста, которая оформилась в «тучные» годы беспрецедентно высоких цен на углеводороды. Импульсы динамичного хозяйственного роста во многом были погашены досадными макроэкономическими просчетами, общей антимодернизационной атмосферой широко разрекламированной «стабильности» (на деле – до боли знакомым застоем) и главное – крайне неблагоприятной внешней конъюнктурой. В 2015 г. (по оценкам) российский ВВП сократился на 3,8%, а в 2016 г. прогнозируется его дальнейшее снижение еще на 0,6%. Объем внешнеторгового оборота в январе‒августе 2015 г. по сравнению с тем же периодом 2014 г. уменьшился почти на 35%, в том числе с Аргентиной – на 22% (с 813 до 632 млн. долл.), а с Бразилией – на 13% (с 3742 до 3257 млн. долл.). Стоит подчеркнуть, что по сравнению с общим падением товарооборота сокращение торговли с латиноамериканскими странами было меньше, а в ряде случаев даже наблюдалось ее увеличение: с Чили – на 11,2% (с 438 до 487 млн. долл.), а с Перу – на 27,8% (с 269 до 344 млн. долл.).

Обвал котировок на глобальном нефтегазовом рынке не только больно задел финансовые интересы РФ, резко сократив поступления в бюджет, но и обнажил ключевые структурные слабости отечественного хозяйства, продемонстрировал его уязвимость перед лицом внешних и внутренних вызовов, хуже того – выявил отсутствие взвешенной и четко артикулированной долгосрочной социально-экономической стратегии. Над страной нависла угроза критического сокращения нефтегазовой ренты, снижения темпов роста национальной экономики, быстрого проедания накопленных в «тучные» годы валютных резервов, возникновения хронического бюджетного дефицита.

По существу, Россия оказалась в «заколдованном» круге: стремление властей увеличить поступления в казну ведет к росту добычи и экспорта нефти (преимущественно в сыром виде), что, в свою очередь, оказывает понижающее воздействие на мировые цены.

Реальную (и, по-видимому, первоначально сильно недооцененную российскими властями) угрозу экономическим интересам нашей страны представляют финансово-экономические санкции Запада, направленные против определенных чиновников, близких к Кремлю банкиров, предпринимателей, бизнес-структур и призванные оттеснить Россию с политических и торговых рынков и подорвать возможности ее дальнейшего развития. Вопрос, сможет ли Москва за счет интенсификации сотрудничества со странами БРИКС, ЕАЭС и другими партнерами преодолеть существующие трудности и выйти на путь эффективного импортозамещения и модернизационного развития, пока остается открытым.

Таким образом, тренды текущего социально-экономического развития Латинской Америки и России не могут не вызывать обоснованного беспокойства. Не секрет и то, что российские компании (особенно ‒ прогибающиеся под собственной тяжестью госмонополии) и многие латиноамериканские предпринимательские структуры – это не самый эффективный отряд мирового бизнес-сообщества.

Нельзя не учитывать и нарастающую конкуренцию, с которой на латиноамериканском пространстве сталкивается российский бизнес, со стороны как традиционных игроков (корпораций США и Европы), так и промышленных компаний и банков Китая, Индии и других азиатских стран.

- Стало быть, императивом сегодняшнего дня может служить высокотехнологичная дипломатия?  Поясните, пожалуйста, о чем идет речь?

- Постараюсь. Перебои в функционировании латиноамериканской и российской экономик, безусловно, не могут не сказаться на взаимных связях. В частности, нельзя исключать дальнейшее падение торгового оборота. В ряде случаев просматривается и взаимное падение интереса к расширению экономического сотрудничества из-за параллельной структурной рецессии в России и в ряде ключевых латиноамериканских государств.

Но это не повод, чтобы отказаться от развития стратегического партнерства. Напротив, в условиях кризисных испытаний более тесное и целенаправленное торгово-экономическое и инвестиционное взаимодействие РФ с государствами ЛАКБ способно смягчить негативные эффекты, открыть новые рынки и бизнес-возможности. Реализация российско-латиноамериканских проектов, даже с определенными изъятиями и в ограниченном формате, может быть чрезвычайно полезной для партнеров, повысить эффективность и российского, и латиноамериканского бизнеса.

Обеим сторонам необходимо предпринять ряд согласованных и точно выверенных шагов, направленных на закрепление и продвижение вперед складывающейся модели взаимодействия, обеспечить его перевод на качественно новый уровень. Прежде всего, целесообразно провести своего рода инвентаризацию всего комплекса российско-латиноамериканских отношений, и в первую очередь – взаимодействия с государствами, являющимися нашими стратегическими партнерами. Принципиально важно в рамках двусторонних консультаций по дипломатическим каналам периодически уточнять стратегические цели и внешнеполитические приоритеты сторон, информировать друг друга о планируемых действиях на международной арене, прилагать усилия к тому, чтобы такие действия встречали понимание и поддержку.

В данной связи неизбежна и обоснованна определенная перекалибровка российско-латиноамериканских отношений в пользу конкретных экономических задач. Это, прежде всего, создание значимых инфраструктурных объектов и совместных предприятий в сфере энергетики и высоких технологий, включая и военно-техническое сотрудничество. Нужно стремиться к тому, чтобы участие российских предприятий в реализации крупных инфраструктурных и энергетических проектов в странах ЛАКБ явилось локомотивом экспорта отечественной высокотехнологичной продукции, инжиниринговых и других наукоемких услуг. Потенциал для этого имеется.

Так, с рядом стран региона (Аргентина, Боливия, Бразилия, Венесуэла, Куба, Мексика, Эквадор и др.) уже продвигается сотрудничество в энергетической сфере и других стратегически важных областях, включая высокотехнологичные и научно-исследовательские. Оно предполагает:  поставки газотурбинных установок и паровых турбин для строящихся ТЭС (в частности, в Эквадор); бурение специалистами компании «Зарубежнефть» экспериментальных наклонно-направленных скважин глубиной около 2 тыс. м на кубинских нефтяных месторождениях;

содействие российской стороны проведению ядерных исследований и развитию атомной энергетики (Аргентина, Боливия); взаимодействие российских инновационных структур (например, Фонда «Сколково») с открытым в Эквадоре уникальным для Латинской Америки технологическим и образовательным парком «Ячай» (Yachay); участие российских предприятий в строительстве шоссейных и железных дорог (Аргентина, Бразилия). Предполагается поставка отечественных машин и технологий; продвижение на мексиканский рынок дополнительного количества среднемагистральных пассажирских лайнеров «Sukhoi Superjet 100», уже эксплуатируемых в этой стране; продолжение поставок в Латинскую Америку высоко зарекомендовавшей себя в регионе российской вертолетной техники; предложение российской корпорации «Иркут» поставлять в Бразилию пассажирские авиалайнеры нового поколения МС-21 с размещением на бразильских предприятиях производства отдельных компонентов самолета. По мнению российской стороны, речь может идти о создании в Бразилии совместного авиакластера;

продажу Аргентине четырех многоцелевых судов серии «Нефтегаз», предназначенных для аргентинских ВМС и способных функционировать в водах Антарктиды; проведение переговоров о размещении в Аргентине сборочного совместного предприятия OAO КамАЗ для последующей поставки техники на рынки латиноамериканских стран. Примеры конструктивного взаимодействия можно множить. Все они указывают на наиболее перспективный вектор российско-латиноамериканского стратегического партнерства – взаимодействие сторон в самых передовых и критически необходимых сферах экономики, науки и техники, активное использование механизмов и инструментов высокотехнологичной дипломатии. По-моему, этот термин имеет право на существование. Скажем, по аналогии с другим -  «сырьевая дипломатия», который давно введен в оборот.

- Что же в итоге, на ваш взгляд, является сегодня осевой линией стратегического партнерства России со странами Латинской Америки?

- Такой осевой линией является формирование многопланового межгосударственного взаимодействия, которое позволит партнерам, объединив усилия, достигать жизненно важных экономических и политических целей как во внутренних делах, так и в сфере международных отношений. По мере преодоления существующих проблем и сложностей основными направлениями межгосударственного взаимодействия должны стать: углубление торгово-экономического и финансово-инвестиционного сотрудничества, придание ему новых, более высоких форм ‒ в частности, создание условий для хозяйственной интеграции партнеров, в том числе на многостороннем уровне, что я называю «интеграцией интеграций». Здесь же я назвал бы и такие меры, как: выдвижение согласованных международных инициатив и проведение скоординированных внешнеполитических акций в национальных интересах России и стран Латинской Америки;

интенсификация связей в сфере безопасности и обороны, фокусировка усилий на использовании потенциала военно-технического сотрудничества для решения задач модернизации и инноватизации национальных экономик; радикальное расширение контактов в образовании и науке, содействие взаимному сближению в гуманитарной области.

Стратегическое партнерство ‒ комплексное явление, поскольку оно охватывает практически все ключевые сферы российско-латиноамериканского сотрудничества и носит не конъюнктурный, а устойчивый и долговременный характер. Прочность данного типа межгосударственных отношений определяется, в первую очередь, готовностью сторон учитывать взаимные интересы и содействовать их продвижению, а также наличием эффективных механизмов взаимодействия. Для Москвы формирование отношений стратегического партнерства с Латинской Америкой – это составная часть современной мегастратегии, нацеленной на усиление экономических и политических позиций России в глобальном мире, построение разноуровневой системы геополитического и геоэкономического влияния.

 

Наступивший новый год в Венесуэле объявлен социалистическими властями годом экономической революции, годом обновления преобразований в стране.

Уже в конце первой недели 2016-го, 5 января, в Боливарианской республике начал работу новый состав местного однопалатного парламента – Национальной Ассамблеи. Квалифицированное большинство в нем теперь у блока правых сил. Они уже заявляют, что будут менять страну в своих интересах. И в первую очередь консерваторы попытаются переделать основной закон Боливарианской республики, принятый на референдуме еще при президенте Уго Чавесе.

Нынешний глава Венесуэлы, преемник покойного Чавеса, Николас Мадуро сразу же после обнародования результатов недавних парламентских выборов, которые «чависты» проиграли, приступил со своими соратниками к тщательному анализу обстановки в стране. Президент также призвал к мобилизации сторонников и сочувствующих Единой социалистической партии Венесуэлы (ЕСПВ) для предстоящей борьбы с усилившейся правой оппозицией.

Парламентские выборы в республике состоялись 6 декабря 2015 года. По официальным данным, они принесли убедительную победу коалиции правых сил – так называемому «Круглому столу демократического единства» (МУД) (Mesa de la Unidad Democrática, MUD). Правым удалось взять реванш впервые за последние 16 лет. Они получили в Национальной Ассамблее 112 мест из 167, завоевав в ней квалифицированное большинство. Правящая объединенная социалистическая партия теперь имеет в парламенте лишь 55 мест.

Президент Венесуэлы Николас Мадуро признал результаты выборов. «С нашей моралью и этикой мы признаем эти неблагоприятные результаты, принимаем их и говорим, что в Венесуэле победила конституция и демократия», - заявил он. Хотя в сердцах Николас Мадуро высказался и так: «Это победа не оппозиции, а контрреволюции».

Основной причиной поражения на парламентских выборах президент назвал развернутую против властей внутренними реакционерами и США экономическую войну. Безусловно, полагает большинство международных политологов, победить правым силам помогли резкое падение цен на нефть, рост преступности, инфляция (около 100% в год), а также острая нехватка продуктов первой необходимости.

Вообще, отмечает,  в частности,  известный кубинский эксперт по Венесуэле Марио Уберт Гарридо, «2015 год войдет в историю как период самых яростных атак против Боливарианской революции со стороны местных правых сил, активно поддерживаемых Соединенными Штатами. Экономическая война, подталкиваемая оппонентами инфляция, спекуляция и контрабанда основных продуктов питания, саботажи с электричеством и организованные извне нападения на населенные пункты полувоенных формирований в приграничных зонах страны – вот только часть мер, предпринятых реакционной оппозицией с целью посеять в народе недовольство властью и подготовить почву для свержения правительства Николаса Мадуро». К этому следует добавить широкий крестовый поход самых влиятельных частных СМИ Венесуэлы и ряда других стран против революционных властей - тотальная медийная война с использованием подтасовок фактов, замалчивания успехов правительства и нагнетания страхов. Сейчас выясняется, что со стороны оппозиционных силы были случаи прямого подкупа избирателей. По словам нынешнего председателя Национальной Ассамблеи Диосдадо Кабельо, некая гражданка Ада Гамес имея при себе чемодан с деньгами, предлагала избирателям от двух до трех тысяч боливаров (более 317 долларов по курсу черного рынка) за голосование в пользу МУД. В доказательство Кабельо привел записи телефонных бесед и свидетельства граждан. Президент Мадуро поручил правоохранительным органам провести на сей счет тщательное расследование.  

Конечно, на результаты голосования сильно повлиял и тяжелый экономический кризис в стране из-за резкого снижения мировых цен на нефть (благосостояние республики почти на 80% зависит от экспорта «черного золота» – главного природного богатства Венесуэлы). Оппозиция всячески сгущала краски, выдавая многие объективные трудности за провалы правительства Венесуэлы в экономической политике. Хотя, надо признать, в некоторых решениях социалистических властей были допущены серьезные ошибки. Одна из них, например, заключается в неумении наладить конструктивный и равноправный диалог с представителями частного бизнеса, в бескомпромиссном стремлении во что бы то ни стало заставить крупные компании служить государству, служить обществу. Но, то были ошибки развития и роста, которые ждали поправок и исправлений. А успехи революции? Оппозиция и Запад о них почти не упоминает. Успешная борьба с нищетой, широкие программы по ликвидации неграмотности и бесплатному образованию, строительство сотен тысяч домов для малоимущих, создание рабочих мест и денежные дотации бедным семьям, законы о защите прав трудящихся, об охране материнства и семейных ценностей. Всего просто не перечесть.

Оппозиционный блок МУД, в свою очередь, ждет начала своего официального «владычества» в парламенте, которое с 5 января 2016 года продлится пять лет. Правые парламентарии уже заявляют о своем намерении принять закон об амнистии для освобождения 70 «политических заключенных», которые были замешены в заговорах с целью свержения законной власти, а также отмены ряда законов социальной направленности, в частности, о защите прав трудящихся. В планах правых также, если отбросить их официальную демагогию, остается и главная цель – уничтожить все важные завоевания революции и восстановить власть крупной буржуазной элиты, ориентированной на США и их союзников.   

Сразу после объявления результатов парламентских выборов президент Мадуро распустил правительство и призвал своих сторонников, все революционные силы страны сплотиться и провести тщательный анализ сложившейся ситуации, «отнесясь ко всем проблемам критично и самокритично». Новый состав правительства президент сформировал в соответствии с новыми задачами, стоящими перед страной. Главная из них – защитить завоевания революции, не дать оппонентам разрушить то позитивное, что было создано за минувшие 16 лет. Николас Мадуро объявил о созыве в середине января Конгресса Родины, в котором должны принять участие представители всех общественных движений и партий патриотической ориентации, депутаты, губернаторы, политологи.

Солидарную поддержку Николасу Мадуро уже высказали лидеры Кубы, Никарагуа, Боливии и других стран группы АЛБА и прогрессивных сил всей Латинской Америки. «Я уверен, - говорится в послании кубинского руководителя Рауля Кастро, - в том, что под твоим руководством у Боливарианской и Чавистской революции будут одержаны новые победы. Мы всегда будем рядом с вами» (“Granma”, 08.12.2015).

Однако, несмотря на обостряющуюся обстановку между сложившимся оппозиционным большинством в парламенте и правительством Николаса Мадуро, многие эксперты и дипломаты полагают, что это не должно отразиться на российско-венесуэльских отношениях. В частности, как сообщает латиноамериканское информационное агентство Пренса Латина из Каракаса (PrensaLatina, 11.01.2016),  посол России в Боливарианской Республике Владимир Заемский, выступая по местному частному телеканалу, особо отметил стратегический характер связей между нашими странами. А в качестве примера укрепления отношений дипломат «среди прочих назвал новые российско-венесуэльские соглашения в сфере энергетики, военного сотрудничества, образования».

Как сообщает Пренса Латина, посол РФ в своем интервью венесуэльскому телеканалу подчеркнул, что «политический диалог и взаимное видение строительства полицентричного мироустройства, более справедливого и стабильного, за последние 15 лет еще больше укрепили российско-венесуэльские связи».

Логика борьбы за геополитическое пространство и экономическое доминирование должна остаться в прошлом, сказал дипломат. В качестве примеров взаимовыгодного сотрудничества двух государств Владимир Заемский назвал создание совместных предприятий по добыче и эксплуатации нефтяных и газовых месторождений, а также предоставление стипендий для обучения в университетах, военно-техническое сотрудничество и взаимодействие в области культуры. Посол отметил и то, что с 2009 года граждане России и Венесуэлы в течение 90 дней могут находиться на территории обеих стран без виз, что способствует взаимному развитию туризма. В целом же, подчеркнул посол Заемский, пишет Пренса Латина, «сближение с Латинской Америкой является приоритетом во внешней политике Российской Федерации». 

В предвкушении острых битв за будущее Боливарианской республики Запад усиливает и медийные атаки на правительство Николаса Мадуро. В потоке пропагандистских вбросов в информационное пространство, к примеру, довольно часто звучал и звучит  тезис о стремлении Москвы создать свою военную базу на земле Боливарианской Республики. С четким ответом на подобную дезинформацию недавно выступил МИД России. Как заявил, в частности, директор Латиноамериканского департамента Министерства Иностранных дел Александр Щетинин, вопрос о создании военных баз РФ в Венесуэле никогда не стоял. Наличие иностранных военных баз не предусмотрено самой конституцией Венесуэлы. Речь могла идти только о временных заходах российских кораблей в порты республики для пополнения своих запасов водой, продовольствием и горючим.

Многие обозреватели признают, что и при Уго Чавесе, и при Николасе Мадуро во взаимоотношениях государства и частного бизнеса было совершено немало ошибок. И теперь, президенту, правительству приходится корректировать свою тактику, а прежде всего, реформировать государственную экономическую политику.  

Со стороны же США звучат слова поддержки правой оппозиции, которая, почувствовав вкус победы на парламентских выборах, теперь надеется окончательно положить конец социально-экономическим преобразованиям предыдущих лет.

 

Венесуэла готовится к новым идйно-политическим битвам. Борьба за будущее этой южноамериканской страны обостряется. Надеемся, что она развернется в основном в таких сферах, как экономика, идеология и медийное пространство. Конечно, и без манифестаций, конфронтации на городских улицах вряд ли обойдется. Что касается национальной армии, то ее командование уже заявило о нейтралитете вооруженных сил. Главное, чтобы противоборство в Венесуэле не вылилось в гражданскую войну, в большую кровь. А для этого, как представляется, стране понадобится общенациональный компромиссный договор. Благоразумие должно победить.   

 

Аргентину качнуло вправо

Вторник, 22 Декабрь 2015 23:40

Да, Аргентина слегка поправела. Но этого «слегка», то есть, 2,8% голосов хватило, чтобы на недавних президентских выборах новым главой государства во втором туре был избран оппозиционер от объединения правых партий. Дюжина лет левоцентристского «киршнеризма», осталась в истории. Но это не означает, что на нем следует ставить жирный крест…

В Москве сразу же задались вопросом: что же теперь будет с недавно объявленными перспективами стратегического партнерства России и Аргентины? Куда и как быстро помчится теперь набравший скорость локомотив «прочного российско-аргентинского взаимодействия»?

Мнения наших и зарубежных политологов на сей счет разделились. Но об этом чуть позже. Сначала – о результатах выборов.

Итак, десятого декабря на президентский пост торжественно заступил кандидат от оппозиционной правоцентристской партии «Республиканское предложение» (PropuestaRepublicana) Маурисио Макри (MauricioMacri). Будучи лидером этой партии и объединения «Изменим» (Cambiemos), он победил во втором туре всеобщих выборов, опередив на 2,8 пункта своего соперника из правившего на тот момент «Фронта за победу» (FrenteparalaVictoria) Даниэля Сциоли (DanielScioli).

Присягающего нового президента могли наблюдать вживую и на телеэкранах главы и представители десятков государств «ближнего и дальнего зарубежья», миллионы аргентинцев. И далеко не все в стране и за ее пределами с искренней радостью восприняли планы только что принявшего атрибуты высшей власти Маурисио Макри.

Что же ожидает поправевшую Аргентину в ближайшие четыре года? И почему правящая партия уступила оппозиции?

Если проигравший выборы кандидат Даниэль Сциоли обещал в целом продолжить левоцентристскую, в общем-то независимую, прогрессивную политику президента Кристины Фернандес де Киршнер, практически не предложив стране ничего нового, то Маурисио Макри, всегда резко негативно относившийся к политическим и социально-экономическим мерам правительства Кристины Фернандес, узнав о своей победе, сразу объявил о том, что изменит курс республики 12-летнегой эпохи правления семейства Киршнер. Сеньор Макри пообещал стране уже печально известные аргентинцам некие «неолиберальные перемены» с «уменьшением роли государства в экономике» и существенными изменениями в международной политике. Эксперты усмотрели в планах нового главы государства и симптомы неизбежного урезания социальных льгот аргентинцев, которые были введены правительствами Нестора и Кристины Киршнер.

Но что же утяжелило чашу весов оппозиции? Более сладкие обещания лучшей жизни, ошибки в экономике или тяжелые испытания и издержки части бизнес-элиты в борьбе правительства за достоинство и суверенитет страны? Возможно, все это вместе.

Правда, в своей программе Маурисио Макри объявил, что будет добиваться в республике нулевой бедности, упорно бороться с незаконным оборотом наркотиков и трудиться во имя благосостояния всех аргентинцев. Понятно, что без подобных пафосных выражений не обойтись ни одному претендующему на власть политику. Однако, такие слова выходца из богатейшей аргентинской семьи, сына предприимчивого итальянского эмигранта, сумевшего сколотить огромное состояние, мягко говоря, вызывают некоторое сомнение. В биографии Маурисио Макри есть и такие вехи, как президентство в популярном аргентинском футбольном клубе «Бока Хуниорс», а также управление в качестве мэра столицей страны – Буэнос-Айресом.

Новый министр иностранных дел и культов Аргентины Сусана Малькорра (SusanaMalcorra) уже заявила, что внешняя политика республики претерпит «существенные изменения». Прежде всего, она будет дезидеологизирована и станет сугубо прагматичной. В первую очередь, Аргентина начнет сближение с Соединенными Штатами и уладит с ней все экономические разногласия. Сусанна Малькорра выразила также надежду, что президент США Барак Обама в следующем году обязательно посетит ее страну. Другим приоритетом будет развитие добрососедских связей с Бразилией и Чили. Недаром же Маурисио Макри еще до своей инаугурации посетил президентов этих двух стран.

С Венесуэлой политика будет изменена в сторону жесткой критики. Если ранее Макри обещал после своей победы заняться изгнанием социалистической Венесуэлы из регионального торгово-экономического объединения Южной Америки МЕРКОСУР, то после победы венесуэльских правых на парламентских выборах он смягчил свою позицию и решил в этом вопросе взять паузу и ужесточить критику правительства Венесуэлы в «области нарушения прав человека». И конечно же, с точки зрения так называемых «демократических ценностей» Запада.

Как заявила министр Сусана Малькорра, Аргентина намерена также пересмотреть свои отношения и с Китаем, «в том числе путем прагматичного диалога с Пекином».

Что же касается отношений Буэнос-Айреса с Москвой, тут пока много неясностей. В общем контексте российско-латиноамериканских связей Аргентина занимает особое место.

«Уникальность Аргентины для нас состоит в том, что здесь сложилась самая крупная в Латинской Америке российская диаспора – порядка 300 тысяч человек, - отмечает известный специалист по латиноамериканскому региону, доктор экономических наук ИЛА РАН, профессор Петр Яковлев. – Эмиграция в Аргентину состояла из нескольких волн, совпавших с ключевыми событиями российской истории. В их лице Россия располагает сторонниками, а в ряде случаев и участниками российско-аргентинского экономического и культурного сотрудничества. Россияне внесли ощутимый вклад в промышленное, научное и культурное развитие Аргентины. Они привезли сюда многие сорта сельскохозяйственных культур, которыми республика славится в настоящее время. Это подсолнечник, лен, твердые сорта пшеницы. Русские также организовали на аргентинской земле плантации чая, который теперь экспортируется в целый ряд стран, включая Россию».

И еще. Аргентина, по мнению Петра Яковлева, относится к числу тех немногих государств, которые, несмотря на внешние отличия, в экономическом и социально-политическом плане имеют много общего с Россией. И эта «похожесть» двух стран имеет глубокие исторические корни и носит не только конъюнктурный, но и структурный, системно-образующий характер.

К примеру, обе наши страны имеют в основном образованное и технически грамотное население, способное решать стратегические задачи перехода в постиндустриальную стадию развития, полагает Петр Яковлев. Однако эти возможности реализуются ими далеко не полностью, что является мировыми примерами неэффективного использования человеческого, интеллектуального потенциала.

Кроме того, оба наши государства располагают уникальными природными ресурсами, огромными экономическими возможностями. Но и эти ресурсы используются однобоко, и эту, и многие другие проблемы обе страны могли бы решать сообща.

Взаимное притяжение Аргентины и России имеют под собой прочную основу и охватывает все ключевые сферы нашего взаимодействия: экономику и торговлю, политико-экономическую деятельность, военно-техническое сотрудничество, научные, культурные и гуманитарные связи. И что принципиально важно, - российская и аргентинская экономики дополняют друг друга. Одна страна производит и экспортирует товары, которые импортирует другая, и наоборот. Это - объективная предпосылка для устойчивого хозяйственного взаимодействия, подчеркивает Петр Яковлев.

Только в октябре этого года наши государства отметили 130-летие наших дипломатических отношений, которые были установлены 22 октября 1885 года (а 6 июня 1946 – с СССР). За это время в Аргентине сменились 17 послов нашей страны, состоялись визиты высшего и высокого уровня, подписано множество двусторонних документов, развито торгово-экономическое и научно-техническое сотрудничество, налажены гуманитарные связи. И было бы глупо с приходом в Буэнос-Айресе нового президента и правительства нашим народам лишиться даже части достигнутого.

Многие российские и аргентинские эксперты предполагают, что наши страны смогут сохранить (а может, даже и нарастить) объём сотрудничества и при президенте Маурисио Макри. После существенного прекращения импорта продовольственных товаров в Россию из ЕС и США объём поставок продуктов из Аргентины на российский рынок значительно вырос. Вместе с тем, Аргентина испытывает серьёзные финансовые затруднения и вынуждена искать денежной поддержки не только в таких традиционных организациях, как Всемирный банк или Международный валютный фонд, но и в структурах, связанных с БРИКС. И в этих структурах могут быть реализованы серьёзные перспективы для аргентинской национальной валюты, убеждены российские политологи. Таким образом, есть основания полагать, что политика Буэнос-Айреса в отношении Москвы при новом президенте резко не изменится. Хотя вряд ли правительству Маурисио Макри удастся избежать давления Вашингтона и на этом направлении. И, несмотря на прагматизм в его политике, от каких-то проектов российско-аргентинского взаимодействия, возможно, ему все-таки придется отказаться. Хотя бы временно. Такое мнение среди экспертов тоже высказывается.

…Разница в победе Маурисио Макри на выборах менее 3 пунктов свидетельствует о том, что Аргентина в своих политико-экономических предпочтениях фактически разделилась почти на две половины. С таким результатом президенту будет непросто безоглядно и кардинально менять курс республики.

Бывший президент Кристина Фернандес де Киршнер в октябре 2011 года заявила: «Я беру на себя ответственность изменить курс аргентинской истории последних 200 лет. Это будет проект, который объединит всех в нашем многообразии»… У нее, как видим, это не совсем получилось. Аргентина по-прежнему оказалась разделенной почти пополам на правых и левых. Теперь улучшать благосостояние всем аргентинцам обещает правоцентристский прагматик Маурисио Макри. Кристине Фернандес де Киршнер удалось вернуть своей стране достоинство и независимость, запустить новые механизмы развития. Чем порадует соотечественников новый президент и его правительство?

Страница 1 из 2