facebook vkontakte twitter youtube    

Time: 3:36
Пётр Искендеров

Пётр Искендеров

старший научный сотрудник Института славяноведения РАН, кандидат исторических наук

 

Обнародованное 6 декабря решение Президента США Дональда Трампа официально признать Иерусалим столицей Израиля продемонстрировало усиливающиеся  в современной политике опасные противоречия между двумя ключевыми международно-правовыми понятиями: dejure и defacto.

В плане соблюдения внутригосударственных политико-правовых процедур американский президент всего лишь привел в действие закон, принятый Конгрессом США еще в 1995 году и предусматривающий перенос посольства в Израиле из Тель-Авива в Иерусалим. Данный документ включал отсрочку исполнения  этого положения на полгода с тем, чтобы каждый раз соответствующее решение принимал президент США. До сих пор все предшественники Трампа (и он сам ранее в текущем году) пользовались этой возможностью, издавая два  раза в год соответствующий указ. В данном отношении нынешнее решение не ставит под сомнение преемственность американского законодательства. «С тех пор прошло более 20 лет, и мы ни на шаг не приблизились к прочному миру и мирному соглашению между Израилем и палестинцами. Было бы глупо предполагать, что повторение одной и той же формулы даст иной и даже лучший результат. Поэтому я решил, что пришло время официально признать Иерусалим столицей Израиля», - подчеркнул в своем выступлении Дональд Трамп.

(https://www.nytimes.com/2017/12/06/world/middleeast/trump-israel-speech-transcript.html?_r=0)

Однако с точки зрения «реальной политики» время для приведения в действие закона от 1995 года выбрано крайне неоднозначное – что лишний раз говорит о специфике «бизнес-подхода» Дональда Трампа к международным делам. Обосновывая решение признать Иерусалим столицей Израиля, несмотря на  легко просчитываемые осложнения обстановки в регионе и вокруг него, президент США заявил о его соответствии реальному положению дел, а также о своем намерении подобной «шоковой терапией» перезапустить переговорный процесс в рамках палестино-израильского урегулирования. «В этом нет ничего большего или меньшего, чем признание реальности», - подчеркнул Дональд Трамп. «Это также та самая вещь, которую нужно сделать. Это то, что уже нужно было сделать», - добавил он.

Напомнив, что у Израиля есть право определять свою столицу самостоятельно, глава Белого дома подчеркнул, что нынешнее решение не означает отход США от приверженности мирному урегулированию израильско-палестинской проблемы, а, наоборот, символизирует новый подход к нему. Одновременно Дональд Трамп дал указание Госдепартаменту США разработать план по переносу американского посольства из Тель-Авива в Иерусалим, - впрочем, не указав никаких конкретных сроков осуществления самого процесса. По данным газеты TheNewYorkTimes, ссылающейся на высокопоставленного представителя Белого дома, для переезда посольства из Тель-Авива в Иерусалим потребуется подготовка, и потому реализация решения Дональда Трампа «займет годы».

(https://www.rbc.ru/politics/06/12/2017/5a2765229a7947e3b0e262b2)

Закономерно приветствовали это решение президента США -  Израиль, а также те американские издания и эксперты, которые традиционно поддерживают еврейское государство.  Израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху заявил, что «историческое» решение президента США отражает его «приверженность принципам давней и непреходящей правды». По его словам, любой вариант мирного урегулирования с Палестиной должен включать в себя пункт о статусе Иерусалима как столицы Израиля.

Аналитик Эли Лейк на страницах делового издания TheBloombergView также подчеркнул, что признание Иерусалима столицей Израиля «должно стать не концом мирных переговоров, а их началом».

Столь же ожидаемой стала негативная реакция палестинской стороны. Палестинский лидер Махмуд Аббас заявил, что Палестина осуждает и не признает решение президента США Дональда Трампа. По его словам, такое решение американского президента равнозначно отказу от роли посредника в мирных переговорах. Иерусалим - «вечная столица Палестины», - заключил Аббас.

Советник Махмуда Аббаса Хусам Зомлот еще накануне заявления Дональда Трампа предупредил о «катастрофических последствиях» такого шага. По его словам, признание города столицей Израиля станет «смертельным ударом» по процессу мирного урегулирования между Палестиной и Израилем.

Чрезвычайный и полномочный посол Палестины в России Нофаль Абдельхафиз заявил в интервью российскому информационному агентству РБК, что власти Палестины «категорически отвергают решение американского президента». Оно сделает США персоной нон-грата на переговорах по мирному урегулированию, кроме того, признание Иерусалима столицей Израиля противоречит международному праву, - добавил он. «Все это создаст основу для эскалации напряженности в регионе, и без того переживающем трудные времена. Мы подтверждаем, что Восточный Иерусалим был и остается столицей государства Палестина на основе  резолюции ООН», - подчеркнул Нофаль Абдельхафиз.

(https://www.rbc.ru/politics/06/12/2017/5a2835449a7947585cafcc25?from=main)

«Американская прелюдия к новой катастрофе», - предупреждает в этой связи палестинское издание Al-Ayyam и делает вывод: «Трамп вновь заговорил о переносе посольства США из Тель-Авива в Иерусалим, и палестинцы в гневе. Почему американская администрация идет против всех игроков, которые признают, что восточная часть города оккупирована Израилем? Глупое использование Иерусалима в своих политических маневрах - очередной американский провал, который пойдет в «копилку» неудач Трампа».

(http://inosmi.ru/politic/20171207/240942230.html)

Российская сторона с самого начала призвала все стороны, вовлеченные в процесс палестино-израильского урегулирования, к сдержанности. По сообщению пресс-службы Кремля, в ходе телефонного разговора Владимира Путина с президентом Государства Палестина Махмудом Аббасом, состоявшегося 5 декабря по инициативе палестинской стороны, российский президент подтвердил принципиальную позицию России в поддержку безотлагательного возобновления прямых палестино-израильских переговоров по всем спорным вопросам, включая статус Иерусалима, и выхода на долгосрочные справедливые решения, отвечающие интересам обеих сторон.

(http://www.kremlin.ru/events/president/news/56313)

При этом само решение президента США Дональда Трампа по Иерусалиму было встречено в Москве «с серьезной обеспокоенностью». «Исходим из того, что справедливое и надежное урегулирование застарелого палестино-израильского конфликта должно достигаться на известной международно-правовой основе, включая соответствующие резолюции СБ и ГА ООН, которые предусматривают урегулирование всех аспектов окончательного статуса палестинских территорий, в том числе столь чувствительного вопроса Иерусалима, в ходе прямых палестино-израильских переговоров. Тревогу вызывает и то, что заявленная новая позиция США по Иерусалиму рискует дополнительно осложнить обстановку в палестино-израильских отношениях и в регионе в целом. В этой связи призываем все вовлеченные стороны проявить сдержанность и отказаться от действий, чреватых опасными и неконтролируемыми последствиями», - говорится в комментарии департамента информации и печати российского внешнеполитического ведомства.

(http://www.mid.ru/ru/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2980367)

Стоит напомнить, что Израиль получил контроль над Западным Иерусалим в ходе арабо-израильской войны 1947-1949 годов, а территория Восточного Иерусалима была захвачена им в результате шестидневной войны 1967 года с Египтом, Иорданией, Сирией, Ираком и Алжиром. В 1980 году  статус Иерусалима как «единой и неделимой» столицы страны был закреплен отдельным так называемым «основным законом», принятым израильским кнессетом (парламентом). В ответ Совет Безопасности ООН принял в августе 1980 года резолюцию №478 с осуждением данного закона как нарушающего международное право. В документе подчеркивалось, что «все законодательные и административные меры и действия, принятые Израилем – оккупирующей державой, - которые изменили или направлены на изменение характера и статуса Священного города Иерусалим, и в особенности недавний «основной закон» об Иерусалиме, являются недействительными и должны быть немедленно отменены».

В тексте резолюции также содержался призыв к государствам-членам ООН вывести свои дипломатические миссии из Иерусалима. США тогда при голосовании воздержались.

(https://documents-dds-ny.un.org/doc/RESOLUTION/GEN/NR0/400/17/IMG/NR040017.pdf?OpenElement)

Вместе с тем, вряд ли следует согласиться с мнением эксперта по Ближнему Востоку Брукингского института в США Шибли Телхами, назвавшего решение Дональда Трампа по Иерусалиму «не поддающимся логике» и противоречащим приоритетам американской администрации в регионе – борьбе с исламистами и противостоянию влиянию Ирана.

(https://www.rbc.ru/politics/07/12/2017/5a27ee669a7947788c58e683)

Даже если абстрагироваться от того факта, что признание Иерусалима столицей Израиля входило в комплекс предвыборных обещаний Дональда Трампа, а также от давления на него со стороны произраильского лобби в самих США, а рассматривать перспективы развития обстановки на Ближнем и Среднем Востоке более  многопланово, то следует отметить, что действия Вашингтона как раз и преследуют в том числе сознательную цель «переформатировать» ситуацию в регионе и, в частности, изменить характер ряда региональных блоков в русле обеспечения американских военно-политических интересов. Наиболее важными последствиями решения Дональда Трампа в этом плане видятся следующие:

Первое – ухудшение отношений Турции и Израиля, которые вплоть до настоящего времени носили достаточно спокойный характер. Анкара уже выразила протест против действий Дональда Трампа. Выступая в парламенте Турции, президент Реджеп Тайип Эрдоган назвал решение США по Иерусалиму «красной линией» и пригрозил разрывом дипломатических отношений с Израилем.

(https://www.rbc.ru/politics/06/12/2017/5a2765229a7947e3b0e262b2)

В ходе телефонного разговора с президентом России Владимиром Путиным Эрдоган также выразил «серьезную обеспокоенность» в связи с решением США о признании Иерусалима в качестве столицы Израиля и объявлением о планах перевода туда из Тель-Авива американского посольства. Собеседники убеждены, что «такие шаги могут перечеркнуть перспективы ближневосточного мирного процесса». Кроме того, по инициативе Турции 13 декабря текущего года в Стамбуле пройдет чрезвычайный саммит Организации исламского сотрудничества (ОИС).

(http://www.kremlin.ru/events/president/news/56329)

«Израиль атаковал военную базу Ирана и «Хезболлы» в Сирии. Иран, дождавшись подходящих условий, даст асимметричный ответ. Новое измерение обретает война в Йемене. По Египту продолжает бить террор. Сирийский вопрос далек от урегулирования. А Трамп готовится объявить о признании Иерусалима израильской столицей. И это далеко не полный список конфликтов Ближнего Востока», - еще накануне заявления президента США обобщила конфликтные узлы в регионе турецкая газета Milliyet.

(http://www.milliyet.com.tr/yazarlar/nihat-ali-ozcan/israil-kudus-ve-otesi-2566887/)

Второе – углубление противоречий между Катаром и Саудовской Аравией и в целом в лагере  монархий региона Персидского залива. Согласно имеющейся информации, одним из мотивов, побудивших Дональда Трампа пойти на «повышение ставок» в ближневосточном процессе, стало стремление укрепить взаимодействие с Израилем в контексте противодействия Ирану, дополнив тем самым военно-политическое «антииранское» взаимодействие с Эр-Риядом. Однако перспективы формирования определенного тактического трехстороннего альянса США, Израиля и Саудовской Аравии автоматически усиливают оппозицию ему со стороны Катара, находящегося в состоянии политической и торговой войны с саудовской династией. Эмир Катара Тамим бин Хамад Аль Тани уже назвал перенос посольства США в Иерусалим «опасной эскалацией» и «смертным приговором миру в регионе».

«Такое решение еще более ухудшит не самый лучший имидж США в регионе. Израиль, может быть, обрадуется этому решению. Но оно будет подразумевать подкрепление «идеологического арсенала» для Ирана, «Хезболлы», ИГИЛ, радикалов», - подчеркивает Milliyet и продолжает: «С другой стороны, признание Иерусалима столицей Израиля будет означать возникновение новой проблемы, с которой непросто будет справиться таким сотрудничающим с этой страной государствам, как Саудовская Аравия и Египет».

Третье – очередной виток обострения израильско-ливанских отношений. Президент Ливана Мишель Аун назвал решение Дональда Трампа угрозой мирному процессу и стабильности в регионе. По мнению ливанского лидера, израильско-палестинские переговоры «откатились на десятилетия».

Четвертое – возвращение палестино-израильской проблематики в повестку дня Европейского союза с перспективой возникновения в рядах этой организации новых линий противоречий. Пока наиболее жестко осудил решение США президент Франции Эммануэль Макрон. Он заявил, что не поддерживает решение Дональда Трампа, а статус Иерусалима должны определить израильтяне и палестинцы путем переговоров. Аналогичную позицию занял и генеральный секретарь ООН португалец Антониу Гуттериш. По его словам, «альтернативы созданию двух государств нет, плана «Б» не существует». Однако в рядах Евросоюза возможно появление скрытой поддержки действий Трампа – прежде всего, со стороны традиционных американских союзников в лице государств Центральной и Восточной Европы.

Пятое – следует учитывать перспективное неоднозначное влияние действий США на процесс сирийского урегулирования, прежде всего, в формате «астанинской тройки». В этом отношении можно ожидать сближения позиций Турции и Ирана, что, в свою очередь, способно создать определенные сложности для России. Москва в этом случае столкнется с совместными требованиями Анкары и Тегерана в военно-политической сфере – в частности, в вопросах укрепления их присутствия в Сирии.

Для России важно в нынешних условиях сохранить поле  для маневров. В настоящее время границы данного поля определяются, с одной стороны, официальным признанием столицей Израиля города Тель-Авив, а с другой – заявлением, озвученным еще в апреле текущего года министерством иностранных дел – о том, что в контексте будущего создания Палестинского государства со столицей в Восточной Иерусалиме Москва рассматривает Западный Иерусалим в качестве столицы Израиля.

Кроме того, очевидно, что тема Иерусалима, а в более широком плане – палестино-израильского урегулирования - в ближайшее время станет одной из основных в российско-американских отношениях, наряду с сирийской, северокорейской и украинской. Как сообщил по итогам своих переговоров с госсекретарем США Рексом Тиллерсоном «на полях» заседания Совета министров иностранных дел стран-членов ОБСЕ в Вене 7 декабря 2017 года глава российского внешнеполитического ведомства Сергей Лавров, он привлек внимание своего собеседника «к опасениям, которые высказывали арабские и в целом мусульманские страны, ЛАГ, ОИС в отношении того, что это может подорвать и даже «поставить крест» на переговорах о двугосударственном решении, когда Государство Израиль и Государство Палестина полноценно, бок о бок живут друг с другом в безопасности».

(http://www.mid.ru/ru/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2982514)

 

Однако дипломатические заявления и дискуссии могут отойти на второй план, если вследствие решения президента США Ближний Восток окажется вовлеченным в новый виток эскалации напряженности с участием региональных игроков (в первую очередь, Израиля и Ирана), - что поставит перед России задачу переосмысления собственных приоритетов в данном отношении.

 

«Турецкий поток» и Балканы

Четверг, 30 Ноябрь 2017 16:06

 

Россия всесторонне анализирует возможности подключения балканских государств к инфраструктуре газопровода «Турецкий поток». Одним из возможных вариантов продолжения второй (экспортной) нитки трубопровода может стать магистраль, начинающаяся в точке сдачи/приема российского газа на болгаро-турецкой границе и далее проходящая по территории Болгарии, Сербии, Венгрии и Австрии до ключевого центральноевропейского газораспределительного хаба в австрийском Баумгартене.

Именно такой маршрут по заданию «Газпрома» прорабатывает с технико-экономической точки зрения компания-подрядчик «НИИгазэкономика». И эта же компания изучает нынешнее состояние газотранспортных сетей указанных стран на предмет использования уже существующей инфраструктуры в рамках экспортного продолжения «Турецкого потока». Варианты с подключением к нему балканских стран приобретают осязаемые черты. Швейцарская компания Allseas продолжает укладку труб в Черном море согласно первоначальному графику, а «Газпром» со своей стороны принял решение в рамках расширения инвестиционной программы увеличить капитальные затраты на строительство газопровода в 2017 году на 1 млрд. долларов. Общая стоимость проекта оценивается в 7 млрд. долларов.

Кроме того, расходы на реализацию проекта «Турецкий поток» являются одним из ключевых пунктов беспрецедентной по своим масштабам инвестиционной программы «Газпрома» на 2018 год, на нее планируется направить более 1,2 трлн. рублей (20 млрд. долларов). Инвестиционная программа «Газпрома» на 2017 год составила 1,13 трлн. рублей.

«С реализацией проекта газопровода «Турецкий поток» Россия станет стратегически важным игроком, который обеспечит безопасность энергоснабжения как Турции, так и стран ЕС. Поэтому продолжающееся взаимодействие двух стран в торговле и энергетике – это важный этап с точки зрения формирования новых союзов, политических образований и новых экономических балансов в регионе», – пишет турецкое издание Yeni Safak.

Оценивая перспективы строительства «Турецкого потока» и его экспортные возможности, следует учитывать поступательный рост экспорта «Газпрома». «В этом году мы абсолютно точно поставим исторический рекорд поставки газа на экспорт в Европу. Объемы, по-видимому, превысят 190 млрд. кубометров», – говорит председатель правления «Газпрома» Алексей Миллер. В период с 1 января по 15 ноября текущего года увеличение спроса на российский газ продемонстрировали все рынки, на которые ориентирован «Турецкий поток». По Турции рост поставок газа по сравнению с аналогичным периодом прошлого года составил 21,7% (4,4 млрд. кубометров), по Греции – 12,1%, по Болгарии – 7,1%, по Венгрии – 24,4%, по Сербии – 26,7%. В частности, в Сербию уже к 15 ноября было поставлено столько газа, сколько за весь 2016 год – 1,75 млрд. кубометров. Одновременно у «Газпрома» растет и собственная добыча. За девять месяцев текущего года она увеличилась на 19,1% по сравнению с тремя кварталами 2016 года.

Еще одним немаловажным моментом стала позиция европейцев в вопросе противодействия новым антироссийским санкциям, объявленным в Вашингтоне в начале августа текущего года. По признанию Госдепартамента США, Евросоюз организовал несколько раундов встреч между представителями Брюсселя и Вашингтона, по результатам которых Госдеп выпустил специальное «публичное руководство по применению санкций», предусматривающее, что в «фокусе реализации» санкционных положений будут находиться проекты, начатые после 2 августа. «Если посмотреть на то, как Конгресс написал эту статью закона, а именно включил в нее явно выраженную инструкцию консультироваться с союзниками Америки, установил модальность разрешения, но не обязанности вводить санкции, и на разъяснения Госдепартамента, которые фактически говорят, что существующие проекты выводятся из-под санкций, можно предположить, что эти санкции не будут использоваться против существующих (то есть начатых до 2 августа) проектов», –свидетельствует эксперт Atlantic Council, бывший старший советник Управления по контролю за иностранными активами Минфина США (OFAC) Брайан О’Тул.

В данной связи следует отметить, что санкционное давление со стороны США и ЕС объективно усиливает взаимодействие России и Турции – прежде всего, в энергетической сфере. Решения, принимаемые в Вашингтоне, не должны негативно сказываться не только на дальнейшей реализации проектов «Турецкий поток» и «Северный поток - 2», но и на обязательствах, связанных с обслуживанием действующих проектов «Северный поток - 1» и «Голубой поток», – солидаризуется с российской реакцией на новые санкции США турецкое издание Hürriyet.

Вместе с тем, у идеи продолжения экспортной нитки газопровода «Турецкий поток» через Балканы в меридиональном направлении в направлении Баумгартена имеется серьезный конкурент в виде проекта ITGI Poseidon, предусматривающего широтное прохождение газопровода от греко-турецкой границы через Грецию и Адриатическое море в Италию. В пользу данного варианта говорит, в частности, наработанный опыт взаимодействия России в энергетической сфере с Грецией и особенно Италией – двумя государствами, которые традиционно высказываются в пользу взаимодействия с Москвой. Так что Сербии и другим балканским государствам стоит поспешить со своим выбором энергетической стратегии. Иначе российский газ может пойти в обход.

 

 

www.fondsk.ru

 

 

Предстоящее 30 ноября в Вене заседание ОПЕК станет ключевым в плане определения динамики развития ситуации на мировом нефтяном рынке на весь 2018 год. Если не произойдет чрезвычайных событий глобального свойства, форум стран экспортеров-нефти продлит действие соглашения об ограничении добычи нефти до конца будущего года. Ранее установленный срок истекает 31 марта 2018 года. Принципиальная договоренность на этот счет, по данным американского агентства деловых новостей Bloomberg, уже достигнута, и в настоящее время стороны обговаривают конкретные параметры документа,  в том числе при активном участии России. Именно Москва и Эр-Рияд в последние дни активно согласовывали детали пролонгации соглашения в привязке к нынешним и перспективным сценариям динамики мирового рынка нефти.

(https://www.bloomberg.com/news/articles/2017-11-24/russia-opec-are-said-to-agree-on-framework-to-extend-oil-cuts?utm_content=energy&utm_campaign)

Нынешние цены на нефть и геополитические реалии указывают на то, что сроки действия этого соглашения будут продлены, по мнению эксперта Центра стратегических и международных исследований в Вашингтоне, бывшего  топ-менеджера корпорации Chevron Эдвард Чоу: «Это взаимовыгодно. Саудовской Аравии нужен сильный, добывающий нефть партнер, чтобы эффективно влиять на рыночную ситуацию, а что касается России, то возможность увеличить геополитическую и экономическую роль на Ближнем Востоке делает соблюдение условий соглашения о сокращении объемов добычи вполне целесообразным шагом для Москвы».

(https://www.bloomberg.com/news/articles/2017-11-24/putin-crowns-himself-opec-king)

«Соглашение между Саудовской Аравией и Россией, которые являются самыми крупными в мире нефтедобывающими странами и экспортерами нефти, укрепляет позиции сторонников ОПЕК, которые ограничивают нефтяные поставки, пытаясь добиться повышения нефтяных цен», - подтверждает американская газета The Wall Street Journal.

(https://www.wsj.com/articles/saudi-arabia-russia-want-oil-output-limits-through-2018-1508949120)

Инициативу о продлении действия соглашения ОПЕК+, участниками которого являются 14 стран картеля, а также 10 производителей нефти из числа государств-партнеров (в том числе России) наиболее активно в силу собственных причин лоббируют Саудовская Аравия, Катар и Венесуэла.

Эр-Рияд нуждается в дополнительных финансовых поступлениях для реализации амбициозных инвестиционных проектов (включая строительство на берегу Красного моря современного города NEOM стоимостью 500 млрд. долларов), которые напрямую связаны с программой «Vision 2030» наследного принца Саудовской Аравии Мухаммада бин Салмана.

Кроме того, рост мировых цен на нефть необходим саудовскому руководству для повышения капитализации государственной нефтяной компании SaudiAramco в преддверии намеченного также на 2018 год первичного публичного размещения ее акций на ведущих мировых площадках (IPO). Исходя из вышеуказанных соображений, министр энергетики Саудовской Аравии Халид Аль-Фалих уже высказался в поддержку «более длительных сокращений» добычи нефти в рамках соглашения ОПЕК+.

(http://www.vestifinance.ru/articles/94234)

Саудовский министр подчеркивает, что крупные нефтепроизводители согласны ограничивать добычу до тех пор, пока на рынке не возникнет равновесие. По его мнению, потрясений на рынке необходимо избегать. «Мы не хотим делать ничего, что могло бы вызвать шок на рынке, и мы не остановимся на полпути», - заявил министр.

(https://www.wsj.com/articles/saudi-arabia-russia-want-oil-output-limits-through-2018-1508949120)

Одновременно Саудовская Аравия стремится в условиях действия ограничений переориентировать собственные экспортные потоки в направлении Китая, чтобы вернуть Королевству статус главного поставщика нефти в эту страну, который ранее в текущем году перешел к России. «Китай является одним из наших самых старых и крупнейших клиентов. В последние годы рост в Китае замедлился, страна начала переходить на малосернистую нефть, а Saudi Aramco пришлось выполнять условия соглашение ОПЕК о сокращении добычи. Тем не менее, у Saudi Aramco все еще есть амбициозные планы по поводу Китая», - заявил на китайском международном торгово-выставочном конгрессе в Шанхае вице-президент отдела маркетинга азиатского подразделения компании SaudiAramco Мушабаб Аль-Кахтани. Согласно его прогнозу, Саудовская Аравия сможет поставлять 2,2 млн. баррелей в день для нефтеперерабатывающих заводов Китая. Эти мощности в КНР планируют заполнить к 2022 году. «На самом деле, в будущем Китаю понадобится гораздо больше сырой нефти», - уверен Мушабаб аль-Кахтани. Около 60% импорта в Китай в текущем году составляет сернистая нефть, из которых 23% приходится на Саудовскую Аравию.

(http://www.vestifinance.ru/articles/94172)

Катар в настоящее время находится в состоянии жесткого противостояния с Саудовской Аравией, Объединенными Арабскими Эмиратами и рядом других мусульманских стран. Данное противостояние уже привело к введению против Дохи торговой блокады, что, в свою очередь, также заставляет власти эмирата стремиться к получению дополнительных нефтяных доходов за счет роста мировых цен на нефть. «На мой взгляд, продление соглашения поможет нам стабилизировать рынок», - заявил министр нефти Катара Мохаммед аль-Сада в кулуарах завершившегося на днях саммита Форума стран-экспортеров газа в боливийском городе Санта-Крус.

Что же касается Венесуэлы, то эта страна оказалась на пороге дефолта, и резкий скачок цен на нефть (обеспечивающей порядка 90% экспортных поступлений) – практически единственный фактор, способный реально сбалансировать государственный бюджет. По данным экспертов МВФ, реорганизация венесуэльского долга может оказаться самой сложной в истории деятельности Фонда и потребовать не менее 30 млрд. долларов. Компания TorinoCapital оценивает платежи за обслуживание внешнего долга Венесуэлы в 75% стоимости национального экспорта. Сам долг, по некоторым данным, достигает 150 млрд. долларов.

(https://www.vedomosti.ru/economics/articles/2017/10/16/738023-spasenie-venesueli-30-ezhegodno?utm_campaign)

В трактовке министр нефти Венесуэлы Эулохио дель Пино, расчеты Каракаса выглядят следующим образом: нефтяной рынок пришел к некоторому балансу по мере снижения запасов, однако оптимальная цена на нефть должна составлять от 60 до 70 долларов за баррель для обеспечения роста инвестиций в нефтедобычу.

(http://www.vestifinance.ru/articles/94159)

О том, что действующее с 1 января текущего года соглашение ОПЕК+ об ограничении добычи нефти примерно на 1,8 млн. баррелей в сутки к уровню октября 2016 года действительно помогло в значительной мере стабилизировать рынок посредством сокращения превышения предложения нефти над спросом, свидетельствуют последние статистические данные. Согласно отчету ОПЕК, 14 стран-членов картеля в октябре текущего года добывали 32,589 млн. баррелей в сутки, что на 151 тысячу баррелей в сутки меньше, чем в сентябре. Одновременно коммерческие запасы нефти в странах Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) в сентябре сократились на 23,6 млн. баррелей по сравнению с августом, и составили 2,985 млрд. баррелей.  На минувшей неделе сырая нефть сорта WTI достигла двухлетнего ценового максимума в 58,05 долларов за баррель, в то время как цена нефти сорта Brent выросла до 63,12 долларов за баррель. На долю стран-участниц соглашения ОПЕК+ приходится 60% мировой добычи нефти.

Однако коммерческие запасы нефти в странах ОЭСР (а это ключевой показатель для оценки динамики нефтяного рынка) все еще на 154 млн. баррелей превышают аналогичный средний показатель за последние пять лет,  к которому стремятся участники соглашения ОПЕК+.

(http://www.vestifinance.ru/articles/94257)

Тем не менее, далеко не все страны-члены ОПЕК поддерживают автоматическое продление соглашения, опасаясь, что дальнейшие ограничения не только сократят долю картеля на мировом рынке добычи нефти, но и позволят нарастить собственную добычу американской сланцевой индустрии. Добыча сланцевой нефти в США в середине ноября уже достигла рекордной за последние недели отметки в 9,6 млн. баррелей в сутки, приблизившись к рекордному суточному уровню в 10 млн. баррелей, фиксировавшемуся в 1970-х годах - в период глобальных «нефтяных войн».

При этом различные источники и аналитические институты дают диаметрально противоположные оценки перспективам развития сланцевой добычи в США. ОПЕК придется решать, следует ли продлить соглашение о снижении добычи, не зная, спровоцирует ли это новый поток поставок от американских производителей сланцевой нефти, - констатирует агентство Bloomberg. Прогнозы роста добычи сланцевой нефти в 2018 году колеблются от 500 тысяч баррелей до 1,7 млн. баррелей в сутки. По свидетельству одного из ведущих американских аналитиков в области мирового нефтяного рынка Энди Холла, даже Управление энергетической информации Министерства энергетики США «недооценивает» рост добычи сланцевой нефти в текущем году примерно на 300 тысяч баррелей в сутки. Ранее сама ОПЕК прогнозировала среднюю добычу нефти в США в текущем году на уровне 9,4 млн баррелей в сутки.

(http://www.vestifinance.ru/articles/94234)

В настоящее время в кулуарах ОПЕК рассматриваются несколько путей более тесной «привязки» условий соглашения к параметрам ситуации на мировом нефтяном рынке. Согласно имеющейся информации, текущие объемы сокращений могут быть поставлены в зависимость от баланса спроса и предложения или уровня запасов нефти в промышленно развитых странах,  а, следовательно, будут пересматриваться в течение предстоящего года. Еще одним вариантом «оптимизации» соглашения может стать созыв нового заседания ОПЕК в начале 2018 года для мониторинга текущей ситуации. Кроме того, в картеле существует мнение в пользу продления действия соглашения до конца сентября 2018 года. «Я предпочитаю обеспечить ясность рынку и объявить 30 ноября о том, что мы собираемся делать. Я стремлюсь к тому, чтобы все стороны пришли к полному консенсусу», - заявил в интервью Bloomberg Television министр нефти Саудовской Аравии Халид аль-Фалих.

Внутренние показатели ОПЕК подразумевают, что запасы ОЭСР не вернутся к пятилетнему среднему уровню до сентября 2018 года, и потому есть «общераспространенное мнение, что ОПЕК хотела бы продлить соглашение до конца сентября, но с учетом силы цен они могут делать это неохотно», - свидетельствует аналитик компании S&P Global Platts Гэри Росс. Со своей стороны, Халид аль-Фалих признает, что к марту 2018 года мировые запасы не упадут до пятилетнего среднего уровня, и потому потребуется «некоторого рода расширение» действия соглашения ОПЕК+.

(http://www.vestifinance.ru/articles/94145)

Россия занимает более осторожную позицию по вопросам продления действия соглашения ОПЕК+, однако готова поддержать данный шаг на предстоящей встрече. «Мы готовы эту тему обсуждать, и я думаю, что к 30-му числу мы сможем обсудить это на встрече в Вене», - подчеркнул российский министр энергетики Александр Новак в кулуарах саммита Форума стран-экспортеров газа в Боливии. По его словам, «все участники сделки привержены тому, чтобы сделка достигла результата, а конкретные параметры, насколько продлевать, будут обсуждаться во время встречи».

(http://www.vestifinance.ru/articles/94212)

«Мы видим, что с рынка ушли 50% излишков запасов нефти, цена сбалансировалась и вышла на приемлемый уровень. Инвестиции начали расти в 2017 году, до этого в 2015–2016 годах падали. Тем не менее, не достигли до конца целей по балансировке рынка, и практически все выступают за то, чтобы продлить дополнительно сделку, чтобы достичь окончательных целей. В принципе Россия тоже поддерживает такие предложения. Рассматриваются разные варианты», - так Александр Новак конкретизировал ситуацию в интервью телеканалу РБК.

 

(https://www.rbc.ru/economics/24/11/2017/5a180f8c9a79470458d63c48)

 

 

Состоявшиеся в Сочи трехсторонние переговоры лидеров России, Турции и Ирана знаменуют начало нового этапа в сирийском урегулировании. Несмотря на то, что трехсторонний формат продуктивно функционирует с конца 2016 г., встреча на высшем уровне прошла впервые, и некоторые мировые средства массовой информации поспешили объявить ее «встречей победителей» в сирийской войне. К саммиту в Сочи Россия, Турция и Иран подошли в роли «победителей» в сирийском конфликте – указывает, в частности, американское агентство деловых новостей Bloomberg. «Будущее Сирии в значительной степени находится в руках этого триумвирата, доминирующего на поле боя и в дипломатии», - подтверждает эксперт Международного института стратегических исследований (IISS) Эмиль Хокайем.

(https://www.rbc.ru/politics/22/11/2017/5a154af99a7947124c7c532e)_

Определенное здравое зерно в подобной оценке имеется. Именно Россия, Турция и Иран, действуя активно и согласованно, смогли не только сдвинуть с мертвой точки сирийское урегулирование как на военном, так и на политико-дипломатическом треках, но и создать принципиально новую ситуацию, при которой дальнейшее развитие событий будут определять не США и возглавляемая ими международная коалиция и не монархии Персидского залива. При этом конкретные полномочия на организацию политического процесса под эгидой ООН получил президент Сирии Башар Асад – чья политическая (да и личная) судьба еще два года назад казалась предрешенной. «Президенты приняли решение о том, что Иран, Россия и Турция продолжат скоординированные усилия с целью обеспечения необратимости тенденции к снижению насилия. Они договорились оказывать содействие сирийцам в восстановлении единства страны и достижении политического урегулирования кризиса через инклюзивный, свободный, справедливый и прозрачный ведомый и осуществляемый самими сирийцами процесс, направленный на принятие конституции, пользующейся поддержкой сирийского народа, и проведение свободных и справедливых выборов с участием всех имеющих на это право сирийцев под соответствующим надзором ООН», - подчеркивается в принятом в Сочи совместном заявлении президентов России, Турции и Ирана. Одновременно главы трех государств «подтвердили свою твердую приверженность суверенитету, независимости, единству и территориальной целостности Сирийской Арабской Республики и подчеркнули, что ни при каких обстоятельствах создание упомянутых зон деэскалации или какая бы то ни было политическая инициатива по урегулированию сирийского кризиса не должны подрывать суверенитет, независимость, единство и территориальную целостность Сирийской Арабской Республики».

(http://www.kremlin.ru/supplement/5256)

Предложенный президентами России, Турции и Ирана механизм «запуска» политического урегулирования в Сирии предусматривает на первом этапе активизацию переговорного процесса между сирийцами. В этих целях в Сочи пройдет Конгресс сирийского национального диалога. Его участники обсудят новую конституцию страны, и уже после этого будут проведены общесирийские выборы под эгидой ООН.

(https://www.rbc.ru/politics/23/11/2017/5a169b399a79479087643244)

В настоящее время в сирийском урегулированы задействованы несколько международных переговорных «площадок» - которые так или иначе вынуждены будут координировать свою деятельность после начала всеобъемлющих политических переговоров. Это астанинский трехсторонний формат России, Турции и Ирана, наблюдателями в котором выступают США, Женевские переговоры под эгидой ООН и «амманский процесс» с участием Иордании, США и России.

Именно подписанный этими тремя государствами 8 ноября в иорданской столице меморандум лег в основу совместного заявления по Сирии, которое приняли на саммите АТЭС в Дананге президенты России и США Владимир Путин и Дональд Трамп. В документе лидеры двух стран «подтвердили важность зон деэскалации в качестве временной меры по снижению насилия в Сирии, выполнению договоренностей о прекращении боевых действий, улучшению беспрепятственного гуманитарного доступа и созданию условий для окончательного политического урегулирования конфликта». Кроме того, была подчеркнута важность «реализации решения о создании юго-западной зоны деэскалации», а также «инициативы о прекращении огня, включая сокращение и в конечном счете удаление иностранных сил и иностранных боевиков из данного района в целях обеспечения более прочного мира». «Контроль за соблюдением договоренности по прекращению огня будет продолжать осуществлять Амманский мониторинговый центр с участием экспертов Иорданского Хашимитского Королевства, Российской Федерации и Соединенных Штатов Америки», - говорится в документе.

(http://www.kremlin.ru/supplement/5252)

При этом предложенный в Сочи Россией, Турцией и Ираном поэтапный план урегулирования в целом совпадает и с основными положениями, обсуждающимися в Женеве. Именно по итогам женевских переговоров в 2015 году Совет Безопасности ООН принял резолюцию № 2254, в которой прописан алгоритм мирного урегулирования в Сирии. Резолюция предписывает сторонам сирийского конфликта в течение шести месяцев создать легитимное, инклюзивное и светское переходное правительство, которое должно было подготовить новую Конституцию, после чего через 18 месяцев должны последовать выборы.

(https://documents-dds-ny.un.org/doc/UNDOC/GEN/N15/443/37/PDF/N1544337.pdf?OpenElement)

Россия в настоящее время стремится достичь максимально высокой степени взаимодействия между всеми внешними игроками, вовлеченными в процесс сирийского урегулирования. Не случайно Владимир Путин счет нужным четко заявить 20 ноября в ходе переговоров с президентом Сирии Башаром Асадом, что Москва не только сотрудничает с Турцией и Ираном, но и активно работает с Ираком, США, Египтом, Саудовской Аравией и Иорданией. Сразу после завершения переговоров с Башаром Асадом российский президент провел телефонные переговоры со своим американским коллегой Дональдом Трампом, королем Саудовской     Аравии, лидерами Египта и Израиля. Кроме того, тематика сирийского урегулирования обсуждалась в ходе беседы по телефону Владимира Путина и эмира Катара.

Высокую степень координации военно-политических усилий России, Турции и Ирана по Сирии подтверждают результаты состоявшейся в Сочи 21 ноября (накануне трехстороннего саммита) встречи начальников Генеральных штабов трех государств. Согласно сообщению Министерства обороны России, собеседники «наметили дальнейшие шаги по уничтожению террористических формирований, обеспечению безопасности в зонах деэскалации, а также по содействию переходу к процессу политического урегулирования». Начальник российского Генштаба Валерий Герасимов, со своей стороны, сообщил, что стороны договорились о мерах по повышению уровня координации в зоне деэскалации «Идлиб», а также разработали конкретные шаги по завершению ликвидации оставшихся на сирийской территории отрядов запрещенных в России террористических организаций «Исламское государство» и «Джебхат ан-Нусра».

(https://www.vedomosti.ru/politics/articles/2017/11/22/742603-voina-sirii-zakonchitsya?utm_campaign)

Однако реализация достигнутых в Сочи договоренностей и в целом дальнейшее развитие ситуации в Сирии будет зависеть от целого ряда факторов, каждый из которых способен сыграть негативную роль.

Первый фактор лежит в плоскости турецко-курдских отношений. И в этом отношении ситуация в районе Идлиба действительно представляет собой ключевой аспект координации усилий всех сторон, вовлеченных в сирийское урегулирование. Это не только самая населенная «зона деэскалации», но единственный район Сирии, где фактически лицом к лицу оказались российские и турецкие военные подразделения, части сирийской правительственной армии, вооруженные курдские отряды (действующие в граничащем с Идлибом анклаве Африн) и многочисленные «независимые» группы, в том числе террористического толка. Среди последних наибольшую угрозу представляют отряды группировки «Хайят Тахрир аш-Шам», созданной на базе «Джебхат ан-Нусры». Турецкое руководство неоднократно заявляло о намерении использовать Идлиб в качестве плацдарма для наступления на позиции курдских отрядов, поддерживаемых международной коалицией под командованием США. Как признал в конце октября Реджеп Тайип Эрдоган, конечной целью ввода 8 октября турецких войск в район, лежащий между антиправительственными силами в Идлибе и курдским ополчением в Африне, является наступление на сам Африн с тем, чтобы устранить «террористическую угрозу» в районе турецкой границы. При этом еще в марте текущего года Россия договорилась с курдами о создании в указанном районе тренировочной базы для бойцов курдских формирований. Ситуация вокруг Идлиба и Африна обсуждалась за закрытыми дверями в ходе переговоров Владимира Путина и Реджепа Тайипа Эрдогана в Сочи 13 ноября. В трактовке источника агентства РБК в Администрации президента России содержание дискуссии по проблеме Идлиба выглядит следующим образом: «Анкара должна оказать военную поддержку Москве в том районе. Взамен от России могут попросить не препятствовать давлению на курдов в Турции и на севере Сирии».

(https://www.rbc.ru/politics/21/11/2017/5a12d4c59a7947bde780905c)

«Турция не потерпит создания автономной зоны на своей границе, где будет властвовать сирийское отделение Курдской рабочей партии, которая долгие годы воюет против Анкары», - подтверждает лондонская газета TheTimes.

(https://www.rbc.ru/politics/21/11/2017/5a12d4c59a7947bde780905c)

Ситуация в Сирии «подвижная», и потому сроки завершения российской военной операции могут быть сдвинуты – признают, в свою очередь, в Министерстве обороны России.

(https://www.rbc.ru/politics/21/11/2017/5a12d4c59a7947bde780905c)

Второй фактор – это позиция и действия Дамаска. Дальнейшее развитие событий будет зависеть от четкой приверженности инклюзивному политическому процессу со стороны президента Сирии Башара Асада. Среди всех мировых игроков, так или иначе вовлеченных в сирийский конфликт, наиболее жесткие позиции в пользу его немедленного ухода с политической сцены занимают руководство Европейского союза и монархии Персидского залива во главе с Саудовской Аравией и Катаром.  Турция и США в последние месяцы заметно смягчили свои позиции и уже не настаивают на отставке нынешнего сирийского лидера как условии начала переговоров. На сохранение у власти в Сирии Башара Асада на «переходный период» продолжительностью порядка шести месяцев согласен и президент Франции Эммануэль Макрон.

Сам Башар Асад в ходе переговоров с Владимиром Путиным подтвердил готовность провести конституционную реформу и организовать свободные выборы под контролем ООН. С другой стороны, «пока неясно, всецело ли Асад поддерживает идею сирийского Конгресса», - отмечает экс-министр иностранных дел Турции, эксперт дискуссионного клуба «Валдай» Яшар Якыш: «До сих пор он выступал против переговоров с теми, кого называет террористами, не только ИГИЛ. Возможно, президент Путин развеял некоторые его опасения. Тем не менее чем более представительным будет конгресс, тем более обоснованными будут его решения».

(https://www.rbc.ru/politics/23/11/2017/5a169b399a79479087643244)

Третий – и возможно, потенциально наиболее опасный фактор – это существующие у США намерения сохранить свое присутствия в Сирии и даже создать в ее северных районах обширную зону под собственным военно-политическим контролем. Аккурат в день сочинской встречи газета The Washington Post сообщила о планах Вашингтона сохранить военное присутствие в северных районах Сирии после окончательной победы над «Исламским государством». Со ссылкой на собственные источники издание следующим образом излагает планы администрации Дональда Трампа: США не будут отзывать своих военных специалистов (по официальным данным, в Сирии находятся 503 американских военных) и продолжат оказывать военную помощь «Сирийским демократическим силам» (SDF), преимущественно состоящим из курдов, контролирующих районы на севере страны вдоль границы с Турцией. Вашингтон намерен оказать им помощь в организации местного самоуправления с последующим фактическим выходом из-под юрисдикции Дамаска. Американская сторона также намерена использовать поддержку сепаратистских настроений среди курдов в качестве средства усиления давления на Башара Асада.

 (https://www.washingtonpost.com/world/national-security/us-moves-toward-open-ended-presence-in-syria-after-islamic-state-is-routed/2017/11/22/1cd36c92-ce13-11e7-a1a3-0d1e45a6de3d_story.html?utm_term=.4241f0fa6b7b)

Аналогичные заявления ранее озвучивал и министр обороны США Джеймс Мэттис.

(https://www.rbc.ru/politics/23/11/2017/5a169b399a79479087643244)

Курс США на укрепление военное присутствия в Сирии даже ценой дезинтеграции страны неизбежно обострит противостояние Вашингтона с Анкарой и особенно Тегераном. Иран уже дал понять, что рассчитывает создать в Сирии (в ее южных или юго-западных районах) собственную военную базу. Данная идея, в свою очередь, является неприемлемой для Израиля и США, а также в значительной степени для Иордании. В свою очередь, именно от того, удастся ли Москве сбалансировать требования и интересы Тегерана с одной стороны и коалиции во главе с США с другой, во многом будет зависеть дальнейшая динамика сирийского урегулирования.

 

И с этим напрямую связано позитивное или, наоборот, негативное влияние иранского фактора. Следует учитывать, что возможности для воздействия на иранское руководство у России более ограничены, чем в случае с российско-турецким взаимодействием. Даже если абстрагироваться от общей сложной процедуры и культуры принятия внешнеполитических решений в Тегеране, следует иметь в виду, что если России и удастся убедить иранскую стороны вывести из юго-западных районов Сирии подконтрольные ему силы (а подобная задача отчасти просматривается в тексте совместного российско-американского заявления в Дананге), то Тегеран неизбежно потребует военно-политических компенсаций в виде, скорее всего, контроля над сирийско-иракской границей. Кроме того, Тегеран имеет богатый опыт затягивания реализации невыгодных ему договоренностей. Учитывая же намерение администрации США реанимировать антииранские санкции – в Сирии может открыться новый фронт противостояния Вашингтона и Тегерана, что создаст для России невыгодную ситуацию.

 

Страница 1 из 29