facebook vkontakte twitter youtube    

Time: 5:21
Показать содержимое по тегу: Саудовская Аравия

 

В Москве состоялся круглый стол на тему «Конфронтация Ирана и Саудовской Аравии: возможные последствия». В нем приняли участие известные российские востоковеды, представители дипломатического корпуса стран Ближнего Востока, а также СМИ.

К кризису в отношениях двух стран привела казнь 2 января с.г. в столице Саудовской Аравии Эр-Рияде 47 осужденных, среди которых был известный шиитский проповедник Нимр Бакер Амин ан-Нимр. В ответ иранское руководство сравнило действия Эр-Рияда с политикой так называемого «Исламского государства» (ИГ) и предложило сократить штат саудовского посольства в Тегеране. Нападениям подверглись Посольства Саудовской Аравии в Тегеране и консульство в Мешхеде. В ответ власти Королевства объявили о разрыве дипломатических отношений с Исламской Республикой Иран. Военно-воздушные силы Саудовской Аравии подвергли бомбардировке Посольство Ирана в столице Йемена Сане.

Ведущие российские эксперты попытались в ходе форума ответить на два вопроса: кому более всего выгоден разрыв отношений между двумя крупнейшими государствами Ближнего Востока и как скажется обострение ситуации в регионе на перспективах урегулирования сирийского конфликта?

Советник заместителя председателя Совета Федерации Федерального Собрания России, экс-посол России в Саудовской Аравии Андрей Бакланов считает, что российской дипломатии предстоит тяжелый год. «Ближневосточный регион дает нам новые импульсы для беспокойства, - заметил он. - Это тем более неприятно, что на январь-февраль была запланирована российско-саудовская встреча, на которой предполагалось обсудить перспективы сотрудничества в области сельскохозяйственного производства».

Еще в ноябре 2015 года Государственный инвестиционный фонд Саудовской Аравии выразил заинтересованность в подобном сотрудничестве с АФК «Система». А.Бакланов считает, что, при всех политических разногласиях между нашими странами, отворачиваться от перспектив такого сотрудничества было бы недальновидно. По его мнению, наряду с сырьевой продукцией и высокими технологиями, Россия должна занять свое место в производстве экологически чистой сельскохозяйственной продукции, пользующейся спросом на мировом рынке.

А.Бакланов считает, что «у каждой из сторон конфликта есть своя правда, к которой необходимо относиться с пониманием». Важнее ответить на вопрос: существует ли заинтересованность третьих стран в разжигании конфликта? Ведущие западные СМИ оценивают происходящее как соперничество двух стран в регионе. Впрочем, Саудовская Аравия не скрывает, что надеется на сохранение особого положения в исламском мире. Однако шиитский Иран вряд ли может претендовать на особый авторитет среди суннитов. По мнению эксперта, в провоцировании ситуации очень активно участвуют политические группировки, пользующиеся поддержкой Саудовской Аравии или Ираном, в том числе те из них, которые активно действуют на территории Йемена. Многие из них заинтересованы в необходимости финансовой поддержки, поэтому оказывают активное давление на позицию обеих стран. «На мировом нефтяном рынке в настоящее время сложилось два центра силы, - подчеркнул эксперт. - 40-45% от контроля за нефтяными компаниями находится в руках агентов, расположенных за пределами региона, прежде всего в США и Великобритании. Примерно столько же приходится на долю нефтедобывающих стран. При этом между нефтедобывающими странами растут противоречия, а ОПЕК снижает свой удельный вес в мировой политике. Сильно изменился и рынок вооружений. По оценке американских экспертов страны Ближнего Востока теряют свои позиции как государства – импортеры оружия, постепенно уступая место Азиатско-Тихоокеанскому региону. Этот факт также может быть одной из причин эскалации конфликта».

Старший научный сотрудник Центра изучения стран Ближнего и Среднего Востока Института востоковедения РАН Владимир Сажин отметил: «Накал во взаимоотношениях Эр-Рияда и Тегерана усиливался все последние годы. В основе конфликта лежат идеологические противоречия и экономические разногласия. Во всех недавних конфликтах эти страны находились по разные стороны баррикад. Это и Афганистан, и Ирак, и Йемен, и Ливан. Кульминацией стало прямое вооруженное противостояние в Сирии, где прежняя «война по доверенности», то есть скрытая поддержка союзников, сменилась прямым вооруженным столкновением. Еще в 2011 году глава иранской разведки совершил визит в Эр-Рияд, в ходе которого была достигнута договоренность о необходимости избегать прямых столкновений. Однако, как мы видим, это не спасло ситуацию».

Комментируя казнь шиитского проповедника и его единомышленников, В.Сажин напомнил, что арест ан-Нимра состоялся еще в 2012 году, а в 2014 году состоялся суд. Тем не менее, казнь состоялась лишь в начале 2016 года. По словам ученого, подобное решение объясняется подписанием Ираном соглашения по иранской ядерной программе и началом процесса выхода Тегерана из политической изоляции. Тем самым Иран становится лакомым куском для бизнеса разных масштабов. Идет активизация шиитских общин в различных странах региона, что не может не тревожить саудовскую монархию. Кроме того, иранское руководство устами министра нефтяной промышленности Бижана Намдара Зангане дало понять ОПЕК, что Тегеран будет поставлять нефть на мировой рынок по любой цене, чтобы вернуть партнеров, потерянных во время санкций. Все это никак не входит в планы Эр-Рияда.

По мнению В.Сажина, казнь шиитов стала провокацией, точно рассчитанной на иранский менталитет. Последовавший захват посольства Саудовской Аравии и разгром консульства в Мешхеде - не в интересах действующего президента ИРИ Хасана Роухани, который стремится проводить осторожную и взвешенную дипломатическую линию. Поэтому сейчас Тегеран делает все, чтобы разрядить сложившуюся ситуацию. В частности, снят с должности заместитель губернатора Тегерана и арестовано 60 человек, участвовавших в захвате саудовского посольства.

Старший научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН Борис Долгов считает, что агрессивная политика Эр-Рияда пользуется поддержкой США, невзирая на откровенное нарушение этой страной международного права в Бахрейне, Йемене и Сирии. Эксперт выразил глубокое сомнение, что между Москвой и Эр-Риядом возможно взаимовыгодное экономическое сотрудничество. «Мы постоянно пытаемся развести по разные стороны политику и экономику, не понимая, что это две стороны одной и той же медали», - заметил он.

Заведующий отделом евразийской интеграции и развития ШОС Института стран СНГ, известный военный эксперт  Владимир Евсеев согласился с тем, что произошедшее событие – сознательная провокация Саудовской Аравии, связанная с тем, что Иран стал выходить из изоляции. С попыткой воспрепятствовать восстановлению дипломатических позиций Ирана связано и создание под эгидой Эр-Рияда так называемой «исламской коалиции». «Серьезного военного потенциала это объединение не имеет, - заметил В.Евсеев. – Многие участники этой коалиции вошли в ее состав задним числом, и готовы оказать королевству лишь политическую поддержку. В то же время в эскалации конфликта между Эр-Риядом и Тегераном заинтересованы внешние игроки, и прежде всего Вашингтон. США постепенно сокращает свое присутствие в регионе. Администрация Президента США Б.Обамы считает заключенное соглашение по иранской ядерной программе своим главным внешнеполитическим достижением, и на прямое обострение отношений с Тегераном не пойдёт. Долгосрочный конфликт между крупнейшими странами Ближнего Востока ей тоже не нужен. В то же время краткосрочный конфликт и взаимное ослабление Тегерана и Эр-Рияда их вполне устроит».

 

По словам В.Евсеева, отказываться от диалога с Саудовской Аравией в сложившихся условиях было бы недальновидно: «Саудовская Аравия не может положиться на поддержку США, как это было ранее, и активно ищет себе новых  партнеров в регионе. Предложение о сотрудничестве в области АПК можно рассматривать в этом ряду. Изолировать Иран в регионе невозможно, а перелом в Сирии может быть достигнут лишь при переходе к сухопутной операции на территории этой страны. В этих условиях Москва могла бы пойти на переговоры и, воспользовавшись противоречиями между основными участниками конфликта, укрепить свои позиции на Ближнем Востоке». 

 

 

Спецпосланник ООН по Сирии Стаффан де Мистура в воскресенье встретился в Тегеране с министром иностранных дел Ирана Мохаммадом Джавадом Зарифом. Де Мистура охарактеризовал встречу как «полезную» дискуссию накануне предстоящих в этом месяце мирных переговоров по Сирии.

«Также, как и во время визита в Саудовскую Аравию 5 января, (в Тегеране) он попросил и получил заверения от своих собеседников, что возникшая в регионе напряженность не отразится на участии правительства (Ирана) в поддержке Венского процесса и содействии проведению переговоров в Женеве», – говорится в заявлении, выпущенном аппаратом де Мистуры.

На прошлой неделе де Мистура встретился с представителями сирийской оппозиции в Саудовской Аравии, которая поддерживает оппонентов сирийского президента Башара Асада. В воскресенье он встретился с представителями властей в Дамаске, который объявил о готовности принять участие в переговорах, но хочет удостовериться, что на них не будут представлены никакие «террористические» группировки.

Де Мистура сообщил в воскресенье, что Иран заверил его, что его дипломатический конфликт с Саудовской Аравией не скажется на мирных переговорах по Сирии.

 

http://www.golos-ameriki.ru/content/iran-syria-un/3139606.html

 

Ближний Восток: будет еще хуже?

Четверг, 14 Январь 2016 13:29 Опубликовано в События

Очередное обострение безысходного противостояния Тегерана и Эр-Рияда, по мнению многих экспертов, приближает опасность полномасштабного вооруженного столкновения между суннитским и шиитским мирами. Демонстративная казнь почти пятидесяти шиитских активистов, в том числе авторитетного проповедника, вызвала массовые волнения в Иране, Ливане, на Бахрейне и в самой Саудовской Аравии, а иранский лидер Али Хаменеи предрек Саудитам «священное возмездие».

Что могут противопоставить друг другу две теократии в гипотетической войне? Иран располагает более чем полумиллионной армией, но при этом военный бюджет страны не превышает десяти миллиардов долларов США. Вооруженные силы Саудовской Аравии (233 тысячи человек) оснащены несравненно лучше – оборонный бюджет королевства составляет 60 миллиардов долларов и считается четвертым в мире. (regnum.ru) Проблема в том, что техническое превосходство саудовской армии сводится почти «на нет» низкой боеспособностью ее личного состава. Эр-Рияд, опасаясь, что в такой ситуации его угрозы в адрес  давнего соперника будут выглядеть легковесными, поспешил заручиться поддержкой своих союзников-единоверцев. Одна за другой суннитские страны Персидского Залива и Африки (в том числе и самые экзотические) начали объявлять о разрыве или снижении уровня дипломатических отношений с Ираном, а власти Бахрейна не замедлили разоблачить у себя в стране подпольную террористическую сеть, якобы связанную с Ираном и «Хезболлой». (newsru.com)  МИД Турции ограничился осуждением «бездействия» иранских властей во время нападений на саудовские дипмиссии в Иране, не высказываясь по конфликту в целом. Тем не менее, позицию официальной Анкары обозначил турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган, назвав казнь шиитского проповедника в Саудовской Аравии «внутренним делом» этой страны. (newsru.com

Вскоре саудиты созвали  внеочередное заседание Лиги арабских государств, на котором было принято заявление, осуждающее нападения на посольство в Тегеране и генеральное консульство в Мешхеде, а также обвиняющее Тегеран в «провокационных действиях» в отношении Саудовской Аравии. Документ поддержали все участники встречи, кроме представителя Ливана (большинство ливанских мусульман – шииты). Практически единогласная поддержка позволила главе саудовского МИД Аделю Аль-Джубейру на итоговой пресс-конференции пригрозить Ирану конфронтацией со стороны «всех арабских государств», если Тегеран не откажется от поддержки «терроризма, сектантства и насилия».

Конфликт между Тегераном и Эр-Риядом имеет давнюю историю. Причины его коренятся в самых разных сферах – от разногласий в интерпретации ислама до борьбы за рынки сбыта энергоносителей. Серьезное ухудшение отношений началось после исламской революции 1979 года, превратившей Иран в теократическое государство. В 1988 году, в результате нападения демонстрантов на саудовское посольство в Тегеране, погиб саудовский дипломат. А за год до этого почти 400 иранских паломников, прибывших в Мекку для совершения хаджа, погибли в столкновениях с местной полицией.

Саудовская Аравия обвиняет Иран в подстрекательстве к волнениям саудовских шиитов и в религиозно-политическом экспансионизме в целом ряде ближневосточных стран, в которых проживает шиитское меньшинство. Тегеран не остается в долгу, указывая на ущемление Эр-Риядом прав шиитов у себя в стране и на всем Ближнем Востоке, а также на разжигание сепаратистских настроений в иранском Хузестане - провинции, которую в арабском мире предпочитают называть «Арабистан». Ну и наконец, обе стороны не устают обвинять друг друга в поддержке экстремистских организаций.

В последние годы дальнейшему ухудшению отношения способствовали вооруженные конфликты в Сирии и Йемене, где Иран и Саудовская Аравия поддерживают противоборствующие стороны. Уже такое положение вещей рано или поздно должно было привести к взрыву. Кризис на глобальном нефтяном рынке стал катализатором процесса, а казнь проповедника - лишь поводом для разрыва. Замедление экономик ЕС и Китая (а сегодня это основные потребители ближневосточной нефти) вкупе с развитием альтернативных источников энергии обострили  конкуренцию между странами-экспортерами (даже между членами ОПЕК, которая все больше превращается в фикцию). «Некстати» подоспело снятие санкций с Ирана, и скорый выход на сужающийся рынок нефти мощного конкурента заставил Саудовскую Аравию обратиться к экстраординарным мерам. Их цель - спровоцировать Иран на резкие внешнеполитические шаги, которые могли бы стать поводом к возобновлению режима международных санкций, а главное – к введению эмбарго на экспорт иранской нефти. Так что казнь – звено в этой цепи.

Что до прямого военного столкновения между Ираном и Саудовской Аравией (и их союзниками), то оно пока представляется маловероятным. Большие силы шиитской коалиции (Иран, Ирак, Сирия, «Хезболла») отвлекает борьба с суннитскими радикалами в Ираке и Сирии, и открытия нового фронта Иран будет избегать всеми силами. К тому же, прямое участие в вооруженном конфликте с союзным Вашингтону Эр-Риядом чревато для Тегерана возвращением режима санкций.

В свою очередь суннитская коалиция не выглядит предпочтительно в гипотетической религиозной войне. Даже объединенные силы саудитов и их союзников вряд ли смогут противостоять силам шиитского альянса в серьезном столкновении. В гипотетическом конфликте могут быть задействованы только армии арабских государств, да и то Иордания, на границах которой маячит угроза ДАИШ (ИГИЛ), и Египет, чьи «братья-мусульмане» только и ждут удобного случая поквитаться с нынешним режимом, скорее всего, воевать не будут. В крайнем случае - ограничатся символическим участием в боевых действиях. Да и Саудовское королевство в свете экономических потрясений последних лет начинает внимательно считать деньги, и «раскошелиться» на большую войну ему будет крайне сложно. А о «небольшой победоносной» в нынешних обстоятельствах ему мечтать явно не приходится.

Но вот экономическая «война» между Ираном и Саудовской Аравией (кстати, первые взаимные санкции уже введены) и эскалация опосредованного военно-политического противостояния в Сирии и Йемене неизбежны. При этом нельзя исключить расширения зоны вооруженного конфликта на Бахрейн и Ливан. Помимо этого последние события могут понизить способность сирийской оппозиции к компромиссу с Дамаском.

Скорее всего, именно такую картину мы будем наблюдать уже в конце января в Женеве, где, по словам спецпосланника генерального секретаря ООН по Сирии Стефана де Мистуры, должны пройти консультации между сторонами сирийского конфликта.

Не исключено, что Анкара, демонстрирующая все большую утрату чувства реальности, может воспользоваться обострением ситуации и активизироваться в Сирии и Ираке – вплоть до прямого столкновения с местными курдами. Что приведет к обострению ситуации внутри Турции, на юго-востоке которой уже фактически идет гражданская война, которую правящему режиму все труднее выдавать за «антитеррористическую операцию».

МИД России еще в самом начале конфликта призвал стороны к диалогу, но пока призыв не услышан. Однако отказываться от миротворческой инициативы Москва не собирается: «Если наше участие в этом будет как-то востребовано, мы готовы все сделать для того, чтобы конфликт был исчерпан и как можно быстрее», — отметил, говоря о перспективах урегулирования ирано-саудовской конфронтации, российский президент в недавнем интервью немецкой «Bild». (tass.ru) В этой связи французское издание Slate признает: «У Владимира Путина в рукаве есть козырная карта: он может говорить со всеми». (slate.fr) Сможет ли Москва в очередной раз выступить миротворцем на Ближнем Востоке? Для этого есть определенные предпосылки, но прежде всего, это будет зависеть от желания (и способности) Тегерана и Эр-Рияда слушать и слышать друг друга. 

Сайт  Фонда стратегической культуры опубликовал аналитический материал по проблемам миграции жителей африканских и азиатских государств в страны Западной Европы. Речь идет не только об описании феномена, с которым Европа столкнулась недавно: сотни тысяч беженцев, как пострадавшие от невзгод гражданских войн, по суше и морю вторгаются на Балканы, а дальше правдами и неправдами пытаются пробраться в более богатые земли - Германию, Францию, Скандинавию.

Для такого потока, казалось бы, есть объективные причины: в Ливии, Сирии, Ираке годами продолжаются вооружённые столкновения и войны, в Палестине и Афганистане тоже неспокойно. Есть и еще одна немаловажная деталь: в Саудовской Аравии построены лагеря для беженцев-мусульман, но туда почему-то никто не едет. В крайнем случае, остаются в Иордании и Турции.

Чтобы проделать путь в Европу нужно щедро расплатиться за услуги перевозчиков.  По некоторым сведениям, за переправку одного беженца из Сирии или Ливана в Европу контрабандисты берут до 10 тысяч долларов. Даже если за границей у такого человека есть богатые родственники, то в разрушенной войной Сирии получить эти средства банковским переводом невозможно. Организация перевозки в долг явно подразумевает некие гарантии. Кто же и для чего предоставляет гарантии, подвигающие сотни тысяч людей устремляться с других континентов в Европу?

Исследователи обнаружили очень интересный факт, связанный с использованием социальных сетей. Было выявлено, что призывы к мигрантам в «Твиттере» ехать в Германию формировались в основном в США. То, что мы видим сейчас, - это практическая реализация теоретических разработок стратегического характера. Подобные стратегии разрабатываются давно. Одной из них является исследование Белферского центра по науке и международным делам Гарвардского университета «Стратегическое проектирование миграции как оружие войны» (впервые опубликовано в марте 2008 г. в журнале «Civil Wars»). Автор этой работы К.Гринхилл, используя комбинацию статистического анализа данных и тематических исследований, дал ответы на вопросы: могут ли беженцы быть особым видом оружия, можно ли применять это оружие не только в военное, но и в мирное время и насколько успешным может быть его применение. В целом на все эти вопросы К.Гринхилл ответил положительно.

США лишь делают вид, что сочувствуют Европе, испытывающей удары миграционной волны. Несмотря на «обязательства помогать», никакой помощи ни в контроле над незаконными проникновениями в европейские страны, ни в вопросе временного размещения беженцев со стороны США не отмечено.

15 сентября Б.Обама подписал указ о необходимости применения методов бихейвиористской науки в государственном управлении. Самое последнее ответвление бихейвиоризма, известное как «nudge» (можно перевести как «легкое подталкивание»), – это не что иное, как очередная технология манипуляции людьми. Можно не сомневаться, что социальные техники «легкого подталкивания» будут применяться далеко за пределами США.

Однако наиболее эффективным оружием не только в переносном, но и в прямом смысле слова могут быть те мигранты, которые способны создать небольшой партизанский отряд для совершения диверсионно-террористических актов на новой территории. Весьма примечательно, что наиболее «перспективные» кадры такого рода США не просто принимают у себя, а предоставляют им статус беженцев, резидентов, а также официальную защиту со стороны американского правительства.

В 2014 году служба по гражданству и иммиграции США применила 1,519 исключений для отдельных заявителей, получивших статус беженцев, резидентов, а также официальную защиту со стороны правительства США. И самое интересное: все эти лица, так или иначе, связаны с террористическими группировками и имеют большой опыт подрывной работы.  В качестве оружия каких будущих войн принимают у себя США таких специфических мигрантов, можно только предполагать.

 

Фонд Стратегической Культуры

http://www.fondsk.ru/news/2015/10/20/strategicheskoe-proektirovanie-migracii-kak-oruzhie-vojny-36209.html

Страница 1 из 2