facebook vkontakte twitter youtube    

Time: 7:19
Пётр Искендеров

Пётр Искендеров

старший научный сотрудник Института славяноведения РАН, кандидат исторических наук

 

Несмотря на достигнутое 25 мая в Вене на встрече ОПЕК соглашение продлить действие ограничений на добычу нефти до конца марта 2018 года, на мировом нефтяном рынке усиливается неопределенность, вызванная противоборством разнонаправленных факторов. К числу наиболее значимых из них относятся рост добычи нефти в США и других государствах, не входящих в картель, и возрастание напряженности в регионе Персидского залива в контексте конфликта между Саудовской Аравией и ее союзниками, с одной стороны, и Катаром, Турцией и Ираном, с другой. Подобная ситуация не только повышает риск новых «ценовых войн», но и одновременно создает предпосылки для более активной деятельности государств, не принадлежащих ни к ОПЕК, ни к какой-либо из враждующих сторон в регионе Залива,  и в том числе для России.

На встрече в австрийской столице 24 страны, контролирующие 60 % нефтедобычи (так называемый формат ОПЕК+), договорились, что продолжат до конца марта будущего года поддерживать уровень добычи на 1,8 млн. баррелей в день ниже, чем в 2016 году. В ходе дискуссий рассматривался также вариант продления соглашения на один год. Однако,  против выступила Саудовская Аравия, не желающая брать на себя далеко идущие обязательства с учетом нынешней неопределенной ситуации. Как заявил саудовский министр энергетики Халид аль-Фалих, «соглашение работает», и уже в третьем квартале текущего года мировые запасы нефти начнут сокращаться ускоренными темпами и в первом квартале 2018 года снизятся до среднего значения за последние пять лет – что и является целевым ориентиром для ОПЕК. Саудовский министр признал, что сланцевые добытчики в США активно вернутся на рынок, но тот, по его словам,  сможет поглотить,  в том числе и предложенные ими дополнительные объемы добычи. Девятимесячное соглашение «сделает свое дело», убежден  Халид аль-Фалих.

Аналогичного мнения придерживаются и в Объединенных Арабских Эмиратах (главном союзнике Саудовской Аравии в регионе Персидского залива). Министр энергетики ОАЭ Сухейль аль-Мазруи заявил, что ожидает увеличения спроса на нефть в третьем квартале текущего года. По его словам, не стоит ждать мгновенного эффекта от снижения добычи картелем, и для ребалансировки рынка потребуется больше времени.

(https://www.vedomosti.ru/finance/news/2017/06/19/694943-brent)

Позиция Саудовской Аравии в пользу «умеренного» продления сроков действия соглашения ОПЕК+ определяется прежде всего экономическими расчетами. На 2018 год намечено первое публичное размещение акций (IPO) крупнейшей нефтяной компании Saudi Aramco, и до этого времени Эр-Рияд заинтересован в сохранении нынешних мировых цен на нефть.

Однако не все будет зависеть от Саудовской Аравии и даже от ОПЕК. Продление соглашения ни к чему не обязывает целый ряд государств за пределами картеля, а возможное повышение мировых цен на нефть позволит им наращивать собственную добычу. Это относится в первую очередь к США, Канаде, Бразилии и Норвегии. «При цене выше 60 долларов инвестиции вырастут практически во всех районах сланцевой добычи в США, и она увеличится в 2018 году на 950 000 баррелей в день», прогнозирует аналитик компании Wood Mackenzie Анна-Луиза Хиттль.

(https://www.vedomosti.ru/business/articles/2017/05/26/691594-opek-sokraschat)

Данные за май свидетельствуют о том, что прогнозы по поводу наращивания добычи нефти рядом ключевых игроков начинают сбываться, причем это касается как государств, входящих в ОПЕК, так и независимых производителей. Как отмечается в отчете ОПЕК, добыча нефти странами картеля в мае выросла до рекордного с начала года уровня в 32,08 млн. баррелей в сутки.

(https://www.vedomosti.ru/newspaper/articles/2017/06/15/694434-vkrattse)

Это произошло впервые с октября 2016 года, причем независимые источники свидетельствуют о еще более значительном росте. В частности, агентство S&PGlobalPlatts в своем исследовании указывает, что добыча нефти странами картеля выросла в мае на 270 000 баррелей в сутки по сравнению с апрелем – то есть до 32,12 млн.

(https://www.vedomosti.ru/business/news/2017/06/06/693303-strani-opek-dobichu)

Подобный рост произошел за счет значительного увеличения добычи в Ливии и Нигерии, на которые не распространяется соглашение об ограничении добычи нефти в силу конкретных внутриполитических условий в обоих государствах (гражданская война в Ливии и активизация исламистских боевиков в Нигерии). В начале июня представители государственной нефтедобывающей компании Ливии National Oil Co. (NOC) заявили, что добыча в стране уже в самое ближайшее время достигнет 900 000 баррелей в сутки  по сравнению с нынешними 800 000 баррелей.

«Добыча нефти в раздираемой конфликтами Ливии, которую освободили от участия в сделке ОПЕК, удивляет всех своим ростом. Несмотря на продолжающуюся гражданскую войну в этой стране, которая обладает крупнейшими в Африке нефтяными запасами, добыча там недавно выросла до 885 тысяч баррелей в день, то есть примерно в три раза по сравнению с прошлым годом. Нигерия, также не участвующая в соглашении ОПЕК из-за атак боевиков на ее нефтяную инфраструктуру, – это еще одна «темная лошадка». В прошлом месяце она увеличила добычу до 1,68 млн. баррелей в день, достигнув самого высокого показателя за год, судя по данным ОПЕК», – отмечает американская газета The Wall Street Journal.

(https://www.wsj.com/articles/five-reasons-why-oil-is-falling-1498043484)

Одновременно Международное энергетическое агентство (МЭА) прогнозирует в 2018 году увеличение поставок нефти странами, не входящими в ОПЕК, до 59,7 млн. баррелей в сутки. Рост будет обеспечен в основном за счет увеличения добычи нефти в США, а также в Бразилии и Канаде. «Меры ОПЕК поддерживают рынок, тогда как рост добычи в США ограничивает повышение цен», отмечает в этой связи аналитик US Wealth Management Bank Роб Хоуорт.

(https://www.vedomosti.ru/finance/news/2017/06/08/693567-kotirovki)

Уровень резервов топлива в США действительно все еще на 100 млн. баррелей превышает средний показатель для данного времени года за последние пять лет. И что особенно важно, в США отмечается устойчивое увеличение числа действующих нефтедобывающих установок. В настоящее время оно составляет порядка 750 единиц, и данный показатель растет на протяжении 22 недель подряд – беспрецедентное явление за последние три десятилетия. Согласно оценкам МЭА, в среднем в текущем году поставки нефти в США увеличатся почти на 5 %, а в 2018 году – почти на 8 %. В таких условиях американские производители могут обогнать даже Саудовскую Аравию по объемам ежедневной добычи.

Однако США – далеко не единственный производитель нефти, способный «свести на нет» усилия ОПЕК. «В последнее время внимание участников нефтяного рынка было сосредоточено в основном на добыче сланцевой нефти в США и международном соглашении о сокращении нефтедобычи», однако «дополнительную головную боль» создает им рост добычи в таких странах, как Канада и Бразилия, указывает в этой связи The Wall Street Journal: «До сих пор инвесторы следили за реакцией производителей сланцевой нефти в США на сокращение добычи картелем и другими странами. Но, похоже, что они проглядели ее увеличение в Канаде и Бразилии». «Между тем это увеличивает избыток предложения», – приводит издание мнение директора по инвестициям компании RCMA Asset Management Дуга Кинга.

Канада и Бразилия являются, соответственно, седьмым и десятым производителями нефти в мире и, судя по имеющейся информации, будут особенно быстро наращивать нефтедобычу в текущем году с тем,  чтобы попытаться расширить свою долю на мировом нефтяном рынке, используя в своих интересах ограничительное соглашение ОПЕК. Они увеличивают свою добычу в основном благодаря запуску ранее запланированных и проработанных проектов. В частности, в Канаде добыча нефти в текущем году может вырасти примерно на 200 000 баррелей в день до рекордной отметки в 4,7 млн. баррелей в день.

В Бразилии добыча нефти в 2017 году может увеличиться в среднем на 212 000 – до 2,8 млн. баррелей в день. При этом следует учитывать, что эта страна располагает «извлекаемыми запасами» в 50 млрд. баррелей. Согласно расчетам, Бразилия может стать пятым по величине производителем нефти к 2025 году, уступая только Саудовской Аравии, России, США и Ираку, и уже сегодня в национальную нефтяную отрасль активно инвестируют такие компании, как Royal Dutch Shell и Total.

Также планируют нарастить добычу Норвегия и Великобритания – хотя и в меньших масштабах. Таким образом, из пяти нефтедобывающих стран, не входящих в соглашение ОПЕК+ (помимо США), добыча нефти в 2017 году должна сократиться только у Китая.

Как результат: согласно оценке агентства Morgan Stanley, запасы нефти в странах Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) в первом квартале текущего года росли примерно на 1 млн баррелей в сутки.

(https://www.vedomosti.ru/finance/news/2017/06/20/695146-neft-stabilna)

В апреле объем запасов ОЭСР, в состав которой входят 35 стран с развитой экономикой и промышленностью, увеличился на 18,6 млн. баррелей, превысив уровень 2016 года, когда страны-члены ОПЕК договорились о сокращении нефтедобычи.

Предполагается, что мировые запасы нефти все-таки могут начать более активно сокращаться во второй половине текущего года на фоне повышения спроса. Однако в настоящее время «мировые запасы нефти в хранилищах убывают гораздо медленнее, чем ожидалось, и остаются на рекордно высоком уровне», подчеркивает аналитик компании Julius Baer Карстен Менке.

Так что пока ОПЕК не удается добиться достижения своей стратегической цели: чтобы коммерческие запасы нефти вернулись к среднему значению за последние пять лет. «Нефти по-прежнему слишком много», – подчеркивает управляющий директор консалтинговой фирмы Petromatrix Оливье Жакоб.

(https://www.vedomosti.ru/business/articles/2017/05/19/690548-kanada-braziliya-dobichu-nefti)

Однако, помимо чисто экономических показателей, отражающих текущие тенденции на мировом нефтяном рынке, в развитие ситуации могут вмешаться политические факторы, главным из которых является углубление кризиса в регионе Персидского залива по линии отношений Саудовской Аравии и Катара, который все более активно втягивает в свою орбиту другие страны, в первую очередь Турцию. И хотя Катар по уровню нефтедобычи находится во второй половине рейтинга ОПЕК (рядом с Алжиром, Анголой и Нигерией), эта страна является крупнейшим в мире производителей сжиженного природного газа (СПГ), представленным на рынках всего мира, в том числе в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Данное обстоятельство предвещает глобальные потрясения в том случае, если Эр-Рияд и Доха не смогут прийти к компромиссу.

Пока же никакой компромисс не просматривается. Катарские власти решительно отвергли адресованные им ультимативные требования со стороны Саудовской Аравии, ОАЭ и их ближайших союзников. Как явствует из этих требований, причиной противостояния стали не только и не столько обвинения в адрес Катара в поддержке террористических организаций. Корни происходящего заключаются в стремлении Эр-Рияда «переформатировать» в своих интересах все пространство пресловутого «Большого Ближнего Востока». Сейчас Саудовская Аравия требует от эмирата разорвать дипломатические отношения с Ираном, закрыть телекомпанию Al-Jazeera и турецкую военную базу на своей территории, а также передать соседям подробную информацию о финансировании оппозиции в других странах в качестве основных (но не единственных) условий снятия торгово-экономической блокады.

В Дохе уже заявили, что считают вышеуказанные требования «неприемлемыми и невыполнимыми». Эти требования – лишь первый этап кампании по смене неудобного и нелояльного Саудовской Аравии и ОАЭ режима в Катаре. Так прокомментировал шаг Эр-Рияда и его союзников дипломатический источник в Дохе: «Раньше саудовцы вообще считали Катар своей провинцией, ситуация изменилась в 1995 году, после прихода к власти в Дохе нового эмира, который начал проводить амбициозную внешнюю политику. Желание саудитов присоединить Катар никуда не исчезло, но с какой стати мы сейчас будем подчиняться им или ОАЭ?»

(https://www.vedomosti.ru/politics/articles/2017/06/26/695894-katar-ne-budet)

Еще более жестко высказался президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, который приложил много усилий для укрепления турецко-катарских отношений,  в том числе в военной области. Он заявил, что требования стран Залива противоречат нормам международного права, а призывы к выводу турецкой военной базы – это неуважение к Турции, которая «не является рядовой страной».

 

Дальнейшее обострение противостояния между Саудовской Аравией и ОАЭ, с одной стороны, и Катаром, Турцией и Ираном, с другой, – это тот самый сценарий, который, согласно произведенным еще несколько лет назад сугубо теоретическим оценкам, способен «подбросить» мировые цены на нефть до уровня 200 долларов за баррель. Сегодня эта теория начинает приобретать вполне практический смысл. В связи с этим представляется, что Россия,  поддерживая и выполняя соглашение ОПЕК+, должна разработать для себя альтернативные сценарии развития событий, чтобы не оказаться застигнутой врасплох ни экономически, ни политически. 

 

США: говядина важнее Порошенко?

Понедельник, 26 Июнь 2017 14:14

 

Американские эксперты и средства массовой информации весьма скептически оценили содержание и итоги визита президента Украины Петра Порошенко в США. Газета The New York Times сообщила, что в ходе своей беседы с американским президентом Дональдом Трампом украинский лидер попросту «придерживался вещей, которые нравятся Трампу: 1) ассоциировал Украину с командой победителей, сказав, «Украина является успешной»; 2) заискивал, сказав, что «ваше лидерство вызывает восхищение». Однако со своей стороны «глава Белого дома решил ограничить значение этого события, значительно сократив формат встречи с Порошенко», - свидетельствует глава Евразийского центра в Атлантическом совете США, бывший американский посол на Украине Джон Гербст.

(http://day.kyiv.ua/uk/article/den-planety/dyplomatychnyy-uspih-poroshenka)

«Цирк Порошенко в Вашингтоне», - так еще более откровенно охарактеризовало переговоры президента Украины в США украинское интернет-издание 112.ua.

(https://ua.112.ua/mnenie/kyivskyi-taiemnyi-plan-a-shcho-poroshenko-zmozhe-zaproponuvaty-trampu-po-donbasu-396810.html)

Сам Петр Порошенко убежден, что провел 20 июня с президентом Дональдом Трампом «очень, очень хорошую дискуссию». «Украина имеет фантастическую поддержку США», - уверен Порошенко. (https://www.vedomosti.ru/newspaper/articles/2017/06/21/695272-slova)

Однако в Белом доме переговоры украинского лидера прокомментировали более сдержанно, обнародовав всего лишь небольшую стенограмму беседы двух президентов и сделав акцент на том, что главным содержанием визита Порошенко в американскую столицу стали его переговоры не с Трампом, а с вице-президентом Майклом Пенсом. В официальной новостной рассылке пресс-службы Белого дома на первом месте стояло фото именно встречи Порошенко с вице-президентом США. При этом сам Дональд Трамп в своем микроблоге в Twitterпочеркнул, что для него было «большой честью» принимать в Белом доме президента Украины «в сопровождении вице-президента Пенса». Не попала информация об американо-украинских переговорах на высшем уровне и в традиционную ежедневную подборку публикаций средств массовой информации, подготовленную Белым домом, - в отличие, к примеру, от темы хода торговых переговоров между США и Китаем на предмет снятия эмбарго на поставки американской говядины.

(https://www.whitehouse.gov/1600daily?utm_source=email&utm_medium=email&utm_content=20170621_ADM_1600-Daily)

Сама беседа Петра Порошенко и Дональда Трампа в Овальном кабинете Белого дома продолжалась порядка 30 минут. После этого у президента США состоялась встреча со своим советником по вопросам национальной безопасности Гербертом Макмастером, позднее «присоединились» Пенс и Порошенко.

(https://www.whitehouse.gov/1600daily?utm_source=email&utm_medium=email&utm_content=20170620_ADM_1600-Daily)

Таким образом, правильнее было бы говорить не о переговорах Порошенко и Трампа как таковых, а о более широком контексте визита украинского лидера в Вашингтон – где, помимо президента и вице-президента, он встречался также с госсекретарем Рексом Тиллерсоном, главой Пентагона Джеймсом Мэттисом и министром энергетики Риком Перри. Обсуждался широкий перечень вопросов - ситуация на Востоке Украины, перспективы оказания Киеву американской военной помощи, организации поставок на Украину энергоресурсов из США. Согласно имеющейся информации, Петр Порошенко даже предложил американским компаниям своеобразный госзаказ на восстановление Донбасса после урегулирования конфликта.

Однако американские собеседники не только не заключили с Порошенко никаких конкретных соглашений, но даже не взяли на себя конкретных обязательства – помимо дежурных фраз о «поддержке Украины» при необходимости для киевских властей продолжать «демократизацию» и усилить «борьбу с коррупцией».

Подобная сдержанность объясняется двумя ключевыми обстоятельствами.

Во-первых, для нынешней американской администрации Украина имеет гораздо меньший геополитический вес, чем для предыдущей администрации Барака Обамы. Именно Обама прославился своими активными личными контактами с Петром Порошенко, с которым он четыре раза встречался лично и еще шесть раз беседовал по телефону. По меткому замечанию тогдашнего вице-президента Джозефа Байдена, с украинским президентом Обама общался по телефону больше, чем со своей женой Мишель.

К слову, именно Байден, а также помощница госсекретаря Виктория Нуланд являлись ключевыми лоббистами Порошенко в американской демократической администрации. Сейчас таковых в Белом доме не наблюдается. Воинственные речи Петра Порошенко и призывы вооружить украинскую армию для борьбы с «террористами» и «оккупантами» на востоке страны теоретически могли бы встретить понимание разве что у главы Пентагона, который по должности призван заниматься укреплением военного сотрудничества США с другими странами, Однако здесь имеется один важный нюанс. Согласно имеющейся информации, руководитель военного ведомства США Джеймс Мэттис входит в «ближний круг» госсекретаря Рекса Тиллерсона. А тот, в свою очередь, в нынешней американской администрации является наиболее убежденным сторонником постепенной нормализации отношений США и России.

Имеется и еще один, более глубинный, нежели персональный состав новой администрации США, – фактор, играющий против Киева. Это – все более явственно проявляющийся «бизнес-подход» президента Дональда Трампа и его команды к приоритетам внешнеполитической деятельности США. Развитие национальной экономики, создание новых рабочих мест, пересмотр международных торговых соглашений, противостояние Китаю, противодействие нелегальной иммиграции, повышение финансовой «отдачи» от европейских стран-членов НАТО – именно эти вопросы сегодня являются ключевыми для Белого дома. И именно они лежат в основе намерения американской администрации значительно сократить финансовую помощь зарубежным государствам-партнерам и союзникам США.

Соответствующие сокращения заложены в проект бюджета на следующий, 2018-й, финансовый год, начинающийся 1 октября. В частности, объединенный бюджет Госдепартамента и Агентства США по международному развитию уменьшится на 28%. В качестве приоритетных статей сохранятся предоставление 3,1 млрд.  долларов в качестве помощи Израилю на нужды обеспечения его безопасности, а также выделение 12 млрд. долларов на так называемые «иностранные операции в чрезвычайных ситуациях» и финансирование непредвиденных расходов, главным образом, в зонах боевых действий американской армии (в первую очередь, в Афганистане, Ираке и Сирии). Украина в числе «защищенных» статей бюджета не фигурирует.

(http://www.vestifinance.ru/articles/82678)

Более того, обнародованный в марте администрацией США план бюджета-2018,  прямо предусматривает сокращение помощи Украине на 68,8%: притом, что общая американская помощь так называемым «развивающимся странам» (в том числе на постсоветском пространстве), сокращается на 29%. Согласно бюджетному документу Госдепартамента, «реструктуризация бюджета» произойдет посредством «переливания» средств из программы помощи на развитие в программу обеспечения национальной безопасности (вышеперечисленные Израиль, Афганистан, Ирак и Сирия). Что же касается Украины, то «объемы помощи на 2018 год в предварительном плане бюджета должны были бы составлять более 570 млн. долларов. Вместе с тем, новый проект предусматривает сокращение финансирования до 177 млн. долларов», - сообщает радиостанция «Голос Америки» со ссылкой на собственные источники.

Сокращение американской помощи Украине станет даже более значительным, чем применительно к другим республикам бывшего СССР. Так, финансовая помощь Грузии может сократиться на 58%, а Армении – на 67%. Что же касается европейских стран, то, согласно проекту бюджета США, подготовленному администрацией Дональда Трампа, их ждет сокращение американской помощи в среднем на 60% - тоже значительно, но меньше, чем потеряет Киев.

«Одной из главных тем и целей политики США в Украине на протяжении многих лет было поощрять их двигаться в направлении европейских институтов», - заявил бывший посол США на Украине Уильям Тейлор.

(http://www.interfax.ru/world/559869)

Однако теперь, похоже, приоритеты Вашингтона изменились не в пользу Киева. Да и насчет эффективности прежних финансовых вливаний возникли серьезные сомнения, учитывая нынешний печальный уровень демократии и коррупции в Киеве.

Сокращается и чисто военная составляющая американской помощи Украине. Комитет по ассигнованиям Палаты представителей Конгресса США уже предложил выделить на поддержку украинских вооруженных сил только 150 млн. долларов. Это вдвое меньше суммы, выделенной на военную помощь Киеву в минувшем году.

(https://www.gazeta.ru/army/2017/03/13/10574327.shtml#page3)

 

На этом фоне призывы Петра Порошенко к американским собеседникам увеличить военно-техническую и финансовую помощь Украине действительно сильно смахивают на цирк. Ну, или в лучшем случае, на блеф. Правда, обыграть президента Трампа на этом поле украинским властям будет еще сложнее: ведь его фамилия в переводе означает «козырь».

 

Венгрия, Чехия и Польша отвергают «квоты на терроризм»

Еврокомиссия (ЕК) перешла к прямому ультимативному давлению на те государства - члены ЕС, которые выступили против навязанных им квот по приёму беженцев и мигрантов. Под ударом евробюрократии оказались Венгрия, Польша и Чехия. Все три страны (а также Словакия) входят в Вишеградскую группу, члены которой имеют достаточно автономную от Брюсселя позицию по ряду вопросов функционирования ЕС; кроме того, Будапешт и Прага регулярно выступают с критикой антироссийских санкций.

Как отмечается в обнародованном 13 июня докладе Еврокомиссии, этот исполнительный орган Евросоюза запустил официальную процедуру «устранения нарушений» в отношении заполнения странами - членами Союза квот по приёму мигрантов. В документе подчёркивается, что три страны (Венгрия, Польша и Чехия) отказались реализовывать принятые на Совете ЕС решения в рамках общеевропейской программы расселения беженцев. По итогам начатой процедуры государства-«нарушители» могут быть подвергнуты крупным денежным штрафам и даже лишены права голоса на Совете ЕС и саммитах Евросоюза. Данная процедура, предусмотренная Лиссабонским договором, запущена в истории Европейского союза впервые.

Программа, о которой идёт речь, была принята осенью 2015 года и предусматривала расселение прибывших на тот момент в Европу (главным образом в Грецию и Италию) 160 тысяч беженцев и мигрантов. Под давлением ЕК страны - члены Вишеградской группы были вынуждены взять на себя обязательства в рамках установленных для них квот мигрантов (Польша - 7000 человек, Чехия – 1600, Венгрия - 1300, Словакия - 900 человек). И это притом, что такие далеко не бедные страны, как Великобритания, Ирландия и Дания, были выведены из-под действия квот вообще. 

С течением времени, когда общее число беженцев, наводнивших Европу, перевалило за миллион, стало понятно, что система квот не решает проблему. Кроме того, череда террористических актов в европейских городах показала, что программа миграционных квот является, по сути, программой установления квот на терроризм.

Страны Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ), расположенные на маршруте перемещения беженцев и мигрантов в Австрию, Германию, Бельгию, Нидерланды, Скандинавию, поставили вопрос о соответствии решений Брюсселя принципам национальной и общеевропейской безопасности.

Еврокомиссия отреагировала запуском процедуры наказания Венгрии, Польши и Чехии. Поводом стал отказ этих стран подтвердить взятые на себя обязательства в рамках реализации системы квот. Особенно жёстко высказался стремящийся стать новым «законодателем мод» в Евросоюзе Эммануэль Макрон. Он призвал ввести санкции против Польши за её отказ принимать беженцев по квотам. При этом и сам Макрон, и руководители центральных институтов ЕС категорически отказываются обсуждать на общеевропейском уровне или в рамках двусторонних переговоров саму квотную систему.  

Всё это происходит на фоне нового обострения миграционной проблемы. Общее число беженцев, прибывших в страны ЕС в 2015-2016 годах, превысило 2,5 млн. человек.

При этом страны ЦВЕ, а также Балканы, остаются заложниками кризиса в отношениях ЕС и Турции – из этой страны в Европу грозят нахлынуть ещё два-три миллиона человек, включая отъявленных радикалов-исламистов. «В Европе сейчас нет места для рациональных дебатов. Как только ты поднимаешь какой-то важный вопрос, обсуждение сразу становится эмоциональным и теряется возможность прийти к рациональному итогу,  – заявил в интервью российскому изданию РБК министр иностранных дел Венгрии Петер Сийярто. – Надо посмотреть на суть конфликта: она – в миграционной политике. Мы чётко дали понять, что мы никому не позволим незаконно посещать нашу территорию. Мы также дали чётко понять, что самая серьёзная угроза терроризма – это последствия миграционной политики, потому что мы в ЕС позволили, по меньшей мере, 1,5 млн. человек оказаться на территории Евросоюза без установления их личности, без получения ответов о том, каковы их намерения. Террористические организации воспользовались этой возможностью, провели своих людей на территорию ЕС – и вы видите результат».

Президент Польши Анджей Дуда уже заявил о необходимости провести референдум по вопросу о том, надлежит ли стране подчиняться указаниям Брюсселя по беженцам. Такой референдум может состояться в Польше в 2019 году одновременно с парламентскими выборами. В октябре прошлого года аналогичный референдум прошёл в Венгрии, и более 98% его участников высказались против приёма беженцев по разнарядке Брюсселя.

Ещё более решительно настроен бывший президент Чехии Вацлав Клаус. Политика властей Евросоюза в отношении центральноевропейских стран, говорит он, вынуждает эти страны пересмотреть своё членство в ЕС. «При процессах принятия решения мы присутствуем, но мы не принимаем решения. Из всего этого есть единственно возможный, единственно необходимый вывод: пришло время начать готовить выход нашей страны из Европейского союза… Это единственный путь сохранить и сберечь наше государство, которое мы унаследовали от наших предков и которое должны как самобытную идентичность передать будущим поколениям», – убеждён Вацлав Клаус.

По мнению бывшего чешского президента, Чехия сможет обойтись без финансовой помощи европейских фондов, сокращением которой Брюссель шантажирует страны Вишеградской группы. 

Надо сказать, Вацлав Клаус, предвидел сложившуюся ситуацию ещё в 2009 году: подписывая Лиссабонский договор, он предупреждал, что при определённых обстоятельствах следствием присоединения к этому договору могут быть угрозы национальному суверенитету Чехии. 

Противоречия, разделившие страны Западной Европы, с одной стороны, и страны Центральной и Восточной Европы – с другой, глубже, нежели проблема квот. «Отчасти беженцы стали лишь предлогом, – отмечает The Bloomberg. – На самом деле европейские страны, ранее не входившие в коммунистический блок, подозревают своих соседей в отходе от европейских либерально-демократических ценностей. Использовать вопрос о беженцах им удобнее, чем уличать страны Восточной Европы в нарушении принципа верховенства закона».

Только  «верховенство закона» здесь ни при чём. За спором о квотах стоит столкновение машины наднационального управления и ценностей национального государства. В этом столкновении, как и в возобновившихся разговорах о преобразовании Евросоюза в «Европу двух скоростей», о выделении зон «твёрдого» и «мягкого» евро, в полной мере обнаруживается, что  «единая Европа» – это мираж.

www.fondsk.ru

 

Прошедшая 15 июня очередная «Прямая линия» с президентом России Владимиром Путиным, в отличие от предыдущих подобных мероприятий, несла в себе лаконично и четко выраженные внешнеполитические акценты и приоритеты. Если дискуссии по внутриполитическим проблемам охватывали максимально широкий спектр вопросов – от социально-экономических аспектов, зарплат и пенсий до экологии и футбола – то международная часть ответов российского лидера имела «точечный» характер.

Ключевым сигналом, который Владимир Путин направил зарубежным странам и международной общественности, заключается в стремлении России к скорейшей нормализации торгово-экономического и политического взаимодействия с США и европейскими государствами – но на основе равноправия и взаимного уважения.Впервые из уст российского лидера прозвучали конкретные показатели ущерба от инициированной Западом «санкционной войны». «Как считают наши партнеры? Госдеп США считает, что эти санкции привели к минус одному проценту ВВП для нашей экономики, европейцы считают, что чуть побольше, ООН дает такие цифры – считают, что мы потеряли где-то 50–52 миллиарда долларов, а те страны, которые ввели санкции, потеряли 100 миллиардов долларов. Так что это обоюдоострое оружие и вредит всем, в том числе и тем, кто это делает», - напомнил Владимир Путин и пообещал, что Россия продолжит переориентацию своей внешнеэкономической деятельности в направлении новых рынков – в том числе китайского.

(http://www.kremlin.ru/events/president/news/54790)

Важный момент: российский лидер в своих ответах на вопросы участников «Прямой линии» счел нужным подчеркнуть, что нынешнее санкционное противостояние России и Запада не следует сводить исключительно к разногласиям по Крыму или Украине: оно имеет гораздо более глубокие исторические корни. Россия находилась под санкциями не только в период СССР, но и во времена дореволюционной Российской империи. «Когда наши партнеры в мире чувствовали в лице России серьезного конкурента, так под разными предлогами вводились какие-то ограничения», - подчеркнул российский лидер. А, следовательно, противостояние России и ее глобальных внешнеполитических конкурентов объективно будет сохраняться и в будущем. Важно только, чтобы стороны могли объединять свои усилия по ключевым направлениям, требующим энергичных совместных действий.

Среди указанных направлений российский президент особо обозначил контроль за нераспространением оружия массового уничтожения, противодействие международному терроризму, борьбу с бедностью, урегулирование сирийского и других региональных кризисов, решение экологических проблем – несмотря на негативное отношение президента США Дональда Трампа к Парижским соглашениям по климату. «Один из источников радикализма и терроризма – бедность в некоторых регионах мира, и нам вместе нужно решать, что с этим делать», - заявил Владимир Путин, обращаясь напрямую к лидерам США, европейских стран, Китая, Индии и других государств. «Мы очень надеемся на конструктивную роль Соединенных Штатов в урегулировании кризиса на юго-востоке Украины, именно конструктивную роль», - особо отметил российский лидер.

Тема российско-американских отношений закономерно доминировала в международной составляющей нынешней «Прямой линии» Владимира Путина. Несмотря на негативный багаж, оставленный прежней администрацией Барака Обамы, Москва считает улучшение взаимоотношений с Вашингтоном не только необходимым, но и вполне возможным. Ключевая проблема здесь находится внутри самих США, это – продолжающаяся внутриполитическая борьба, в том числе между различными ветвями власти и политическими группами. Примером является принятый на днях Сенатом законопроект об ужесточении антироссийских санкций. «Почему? Ведь ничего такого не происходит экстраординарного. В связи с чем на голом месте опять начали говорить об этих санкциях?», - задался риторическим вопросом Владимир Путин и сам же на него ответил: речь идет о продолжении политики «сдерживания России», которая уже не имеет привязки ни к Крыму, ни к другим вопросам, поднимавшимся еще два-три года назад.

Между тем, именно принятый Сенатом законопроект может стать важным фактором углубления раскола не столько между США и Россией, сколько между Вашингтоном и его ближайшими европейскими союзниками. Ведь в документе в качестве одного из ключевых аспектов ужесточения санкций прописан проект сооружения газопровода «Северный поток – 2», - а это уже сфера ответственности и интересов ведущих европейских стран и бизнес-кругов. Американские сенаторы пообещали препятствовать реализации проекта «из-за его губительных последствий для энергетической безопасности ЕС, развития газового рынка в Центральной и Восточной Европе и энергетических реформ на Украине».

Однако в самом ЕС многие думают иначе. Министр иностранных дел Германии Зигмар Габриель и канцлер Австрии Кристиан Керн в своем совместном заявлении подвергли позицию американского Сената жесткой критике. По мнению руководителей внешнеполитических ведомств двух стран, ужесточение антироссийских санкций может негативно повлиять на европейские компании и ущемить их экономические интересы. А это, в свою очередь, приведет к ухудшению отношений между Европой и США. «Энергоснабжение Европы - это дело Европы, а не Соединенных Штатов Америки! Кто и как занимается поставками энергии для нас, решаем мы, придерживаясь правил открытости и конкурентоспособности», - подчеркнули Зигмар Габриель и Кристиан Керн.

(http://www.vestifinance.ru/articles/86842)

«Мы не можем поддержать решение, в котором видим угрозу экстерриториальных санкций европейским предприятиям, занимающимся выстраиванием энергообеспечения Европы. В законопроекте, который подготовили США, речь идет о продаже американского сжиженного газа и о вытеснении поставок российского природного газа с европейского рынка. Цель заключается в том, чтобы обеспечить рабочие места в газовой и нефтяной промышленности США.

Политические санкционные инструменты не должны быть в ущерб экономическим интересам. Предприятия в Германии, Австрии и других европейских странах находятся под угрозой штрафа на рынке США, когда они участвуют с Россией в таких газовых проектах, как «Северный поток – 2», или финансируют их. Это приносит новые и негативные качества в европейско-американские отношения. Речь идет о конкурентоспособности нашей энергетической индустрии и о тысячах рабочих мест», - подчеркнули представители Германии и Австрии, имея в виду в том числе социально-экономическую составляющую новых санкций.

Принятый американскими сенаторами законопроект предоставляет президенту Дональду Трампу право вводить санкции в отношении физических и юридических лиц, которые инвестировали от 1 млн. долларов в строительство российских экспортных трубопроводов или предоставили для этих целей оборудование, технологии и услуги. Понятно, что, принимая подобный документ, конгрессмены пытаются играть на настроениях самого Трампа, который провозгласил создание новых рабочих мест в США одним из приоритетов своей внутренней и внешней политики. Однако цена подобных политических игр может оказаться очень высокой в плане углубления противоречий по обе стороны Атлантики.

Россия же со своей стороны открыта для взаимодействия как с Европейским союзом, так и с США. В том, что касается санкций, президент Путин напомнил, что российское правительство пока продлило их действие до конца текущего года. «Будем смотреть, как будут складываться наши отношения со странами, которые вводят ограничения в отношении нашей экономики», - отметил он и пообещал, что «если наши партнеры в отношении нашей экономики санкции будут снимать, то мы тоже должны будем это делать, иначе мы столкнемся с проблемами в рамках ВТО».

 

Если же возвращаться к российско-американским отношениям, то Владимир Путин, отвечая на вопрос представителя штата Аризона Джереми Боулинга, отметил, что Россия не считает Америку «своим врагом», и напомнил богатую историю взаимодействия и взаимной поддержки двух государств: «Дважды в истории, как мы хорошо знаем, когда нам было особенно трудно, мы объединяли свои усилия, в двух мировых войнах были союзниками. Российская империя в свое время сыграла значительную роль в обретении Соединенными Штатами своей независимости и поддерживала Соединенные Штаты. То, что сейчас развивается русофобия в Соединенных Штатах, мы видим. Мы считаем, что это результат, прежде всего, обостряющейся внутриполитической борьбы». «Наши отношения в конечном итоге придут в нормальное состояние, в чем крайне заинтересованы, и мы, и Соединенные Штаты», - выразил надежду российский президент и заверил, что «мы готовы к конструктивному диалогу» с США.

 

Страница 17 из 36