facebook vkontakte twitter youtube    

Time: 4:58


Крым: реальные или потенциальные угрозы

Четверг, 31 Май 2018 13:30

В одной из предыдущих публикаций - "Крымский рубеж" (https://interaffairs.ru/news/show/19757) была сделана попытка анализа угроз для  «периметра» российского Крыма. Наряду с ними существуют угрозы, проявление которых возможно на территории полуострова.

Инфраструктурные успехи и достижения Крыма создают возможности нанесении максимального урона Крыму на территории полуострова непосредственно, так как возможности экономического и инфраструктурного воздействия на Крым извне были исчерпаны Украиной после продовольственной, энергетической, водной и экономической блокады 2014-2015 годов. Чем более обустроен будет Крым, тем более радикальными могут быть акции (диверсии), попытки разрушения стабильности и социального комфорта граждан.

При этом, вопрос ответственности украинской стороны  представлен по выработанной с 2014 года и в ходе блокады Крыма схеме – государство не несет ответственности за действия отдельных лиц и организованных групп радикалов, за противоправную деятельность их не наказывает, а видя в указанных действиях политическую целесообразность, одобряет их негласно, де факто.

Насколько вероятен диверсионный сценарий воздействия на Крым, можно судить исходя из трех позиций:

1. Крым уже пережил несколько попыток совершения диверсий. Август 2016 года – попытка прорыва диверсионной группы (https://interaffairs.ru/news/show/15794); ноябрь 2016 г. – задержание группы, в состав которой входили служащие Главного управления разведки МО Украины, которые выполняли задачи подбора «объектов для совершения диверсий, а также сбор разведданных о дислокации, организационно-штатной структуре военных частей в Крыму и о проведении учений на полуострове» (rg.ru); ноябрь 2017 года – диверсии на газопроводе и ЛЭП (crimea.ria.ru); май 2018 года – задержана группа, нацеленная на дестабилизацию межнациональной ситуации в Крыму (rg.ru). Таким образом, набирается значительное количество эпизодов, которые говорят о попытках системной деятельности по организации диверсий в Крыму.

 

2. Фактор радикальных политических организаций. Организации украинских национал-радикалов не только занимают заметное место в нынешнем политическом поле страны, но и имеют представительство в официальных органах власти, как представительных, так и исполнительных. Радикалы регулярно напоминают о себе различными акциями – факельные шествия, погромы, акции давления на СМИ и др. Важной характеристикой украинских радикалов является наличие у них боевого опыта: начиная с майдана 2014 года, когда было вооруженное противостояние с правоохранительными органами, затем участие в АТО, когда радикалы создавали целые вооруженные формирования (добровольные батальоны), которые не прекратили своего существования до сих пор. Это и запрещенный в России «Правый сектор», и батальон «Азов» и другие. Кроме того, мы наблюдаем признаки некого пассионарного всплеска в лице радикалов, этим организациям и их амбициозным лидерам, почувствовавшим вкус власти необходимо поле деятельности и поддержка.  И здесь их расчет верен - в условиях культивируемого Западом антироссийского тренда, спецслужбам для различного рода акций нужны «рабочие руки» и «пушечное мясо», тем более радикалы мотивированы на антироссийские действия.  

 

3. Политическая целесообразность для Киева. Эта целесообразность касается и внутренней политики, и внешней. Во внешней политике это вопрос перманентного желания доказывать Западу свою «полезность», и доказывать не только на словах, но и на деле. Это и конфликт на Донбассе, который по версии Украины является не гражданской войной, а отражением «российской агрессии», и готовность на любые действия антироссийской направленности. Киев стал городом, в котором с подозрительной регулярностью убивают российских граждан (Павел Шеремет, Денис Вороненков),  по тем или иным причинам покинувших Россию. При этом итогом этих смертей всегда становится не реальные факты расследования, а информационная кампания с попытками возложить ответственность на спецслужбы России. В отношении Крыма действует тот же механизм. Диверсии, и для Киева на самом деле не важно успешны ли они будут, это опосредованная демонстрация борьбы против России в авангарде одного из основных трендов политики Запада. С точки зрения внутриполитической целесообразности для Киева – приближаются выборы президента Украины, кандидатам необходимы программы и свершения. И с тем, и с другим есть сложности – для экономики и граждан Украины после 2014 года не сделано ничего, кроме введения безвизового режима с ЕС. Но президент Петр Порошенко уже начал свою избирательную кампанию, переформатировав АТО (антитеррористическую операцию) против ДНР  и ЛНР в ООС (операцию объединенных сил). Благодаря смене формата операции на юго-востоке и закону «О реинтеграции» (в котором Россия названа «страной агрессором»), Петр Порошенко нарастил свои полномочия. Под его прямым командованием теперь все силовики, находящиеся в состоянии боевой готовности на линии соприкосновения.  (https://interaffairs.ru/news/show/19848) Следующей «находкой» политтехнологов Порошенко стала спецоперация с участием Аркадия Бабченко. Чем больше «подробностей» раскрывают об этой «блестящей операции», тем яснее становится, что это, помимо всего, и элемент избирательной кампании: «Президент Украины Петр Порошенко поздравил СБУ с успешным проведением спецоперации по спасению российского журналиста Аркадия Бабченко и поручил обеспечить его безопасность. (…) «Украинские правоохранительные органы с каждым днем становятся все сильней в противодействии российской агрессии», — заявил он». (rbc.ru)

Эта технология может показаться Киеву весьма эффективной, а главное - не затратной, ни с точки материальных ресурсов, ни с точки зрения репутационных рисков. Нынешней киевской администрации в рамках кампании Порошенко нужно  закрывать теми или иными способами наиболее значимые темы социально-политической повестки. С помощью Бабченко сделана попытка актуализировать тему «российской агрессии» с целью отвлечения внимания от насущных внутренних проблем. Далее, можно с уверенностью предположить, Порошенко будет актуализировать тему Донбасса, что может быть сделано путем обострения ситуации, новыми демаршами в отношении  реализации Минских соглашений. Вариант действий по установлению мира и дальнейшим переговорам с ДНР и ЛНР – самый маловероятный, так как политических очков Порошенко не принесет.

Наконец, Киеву необходимо актуализировать и тему Крыма. То, какие методы политической деятельности выбраны по другим направлениям, свидетельствует, что подобные технологии могут быть реализованы и на крымском направлении – провокации с целью дестабилизации ситуации, показательное покровительство антикрымским политикам (прежде всего, в лице т.н. «меджлиса крымскотатарского народа»).

 

Нужно сказать, что диверсионные акты, попытки осуществления которых в Крыму уже были, имели многоцелевой характер. Так, попытка прорыва диверсионной группы в августе 2016 года происходила накануне значимых переговоров в рамках Минского процесса и встречи президентов России и Турции. Последняя попытка теракта, направленная на дестабилизации межнациональной ситуации в Крыму, была накануне заседания Совета безопасности ООН по ситуации на юго-востоке Украины 30 мая.

Действия украинской стороны в отношении Крыма, как в рамках государственной политики, так и в рамках президентской избирательной кампании, имеют следующие пропагандистские задачи: в Крыму должны быть проблемы для граждан, от Крыма должна исходить угроза, Крым должен быть опасен для Украины так же как ДНР и ЛНР.

Свои успехи на крымском направлении официальный Киев пытается демонстрировать с помощью создания и работы фейковых государственных структур, а именно – органов власти «Автономной Республики Крым». Уже давно существуют «Прокуратура АРК», «Постоянное представительство Президента Украины в АРК». В мае этого года начал действовать «отдел патрульной полиции Крыма», сотрудники которого должны патрулировать районы Херсонской области на границе с Крымом. Понятно, что офицеры патруля будут работать с жителями Крыма, которые выезжают с территории полуострова, жителями Украины, посетившими Крым. То есть, полицейский патруль – еще один элемент контроля (наряду с пограничной службой и СБУ) за миграцией через границу Крыма и Украины. (russian.rt.com) «Полиция АРК», а также структуры «Прокуратуры АРК» и «Представительства Президента Украины в АРК» выполняют не только функцию демонстрации того, что «Крым – это Украина», но и фильтрационные функции персонального контроля за миграцией через границу  Крыма и Украины. Это понятно из недавних событий, когда на границе была задержана крымчанка: «Украинская прокуратура официально вручила уведомление о подозрении в госизмене "лицу, которое принимало участие в организации и проведении" президентских выборов в России 18 марта». (ria.ru)

Согласно изложенной выше логике украинского политического процесса можно сделать выводы о том, что попытки давления на крымчан, дестабилизации общественно-политической и межнациональной ситуации, а также попытки разрушения инфраструктурных  объектов буду продолжаться. Поэтому, можно считать все потенциальные угрозы для Крыма угрозами реальными, которые потребуют особого внимания в близкой перспективе.

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

Оцените материал
(2 голосов)
Поделиться в соцсетях
Прочитано 213 раз