facebook vkontakte twitter youtube    

Time: 12:46

Перспективы общей внешней политики ЕС

Понедельник, 12 Август 2013 13:21 Опубликовано в Мнения

«В 1990-х годах начался новый этап европейской истории. Перемены были весьма динамичными. В сравнении с тем временем последующее десятилетие представляло собой «энергичное топтание на месте». Обилие инициатив и проектов, интеграция новых членов, споры о будущем институциональном дизайне и перманентное усложнение правовой базы ЕС – все это сочеталось с организационной неподвижностью, неготовностью правительств к перераспределению полномочий и слегка завуалированной борьбой за национальные интересы. Первое десятилетие нового века не прошло даром, но решение многих проблем откладывалось на будущее. Наверное, можно сказать: то был период накопления потенциала будущих трансформаций и время, когда европейцы заново узнавали друг друга. Вместе с тем для активизации интеграционных процессов потребовалась дополнительная встряска в виде финансово-экономического кризиса. Экономические проблемы наглядно продемонстрировали, что затянувшаяся неопределенность путей дальнейшего развития ЕС может оказаться пагубной. Под их влиянием существенно изменился смысл и формы европейского консенсуса. Он сохранил свое значение только в тех сферах, в которых по-прежнему важны стабильность и престиж европейских институтов и процедур. В целом же его значимость в Европе снизилась. Попытки формирования консенсуса все чаще наталкиваются на политику шантажа со стороны отдельных участников. Впрочем, она проявляется в ограниченных масштабах: всех государств-членов ЕС объединяет стремление избежать ситуации, в которой интеграционное объединение могло бы оказаться на грани развала. В меняющейся Европе парадоксально сочетаются рост национального эгоизма и укрепление взаимозависимости – феномен, который плохо объясняют традиционные теории. В этих условиях, несмотря на «кризис согласия», в отдельных областях интеграционный дискурс становится все более заметным. Прежде всего, это наблюдение относится к европейской общей внешней политике и политике безопасности, которая еще недавно оставалось в значительной степени неопределенной.

Выработке единого курса интеграционного объединения на международной арене долгое время препятствовало отсутствие общей внешнеполитической идеологии. Ее созданию часто способствует наличие общего врага или конкурента, но с 1990-х годов стратегическое окружение ЕС остается достаточно благоприятным. Оно не требует сплочения европейских государств. Консолидация происходит на основе устоявшихся либеральных и демократических ценностей. В результате интеграционная идеология, пусть и в достаточно абстрактной, мягкой форме позволяет увязать воедино априори слишком разные внешние и внутренние интересы европейских стран. Между тем вопросы безопасности к началу 2000-х годов стали приобретать глобальное измерение. Никогда прежде безопасность европейских стран не была так тесно увязана с вопросами стабильности на Ближнем Востоке или вооружения в Восточной Азии. С середины прошлого века безопасность все в большей степени становится коллективной. Катализатором этого процесса, с одной стороны, стала угроза диффузии оружия массового уничтожения, прежде всего ядерного. С другой стороны, к этому привела глубокая дифференциация оборонных и наступательных возможностей, обозначившаяся с уходом в прошлое эпохи колониальных империй после Второй мировой войны. В результате размежевания в сфере обладания «жесткой силой» появились недвусмысленные лидеры и их ведомые партнеры – потребители безопасности. К последней категории относятся не только новые развивающиеся страны. Европейские государства точно так же оказываются неспособными к глобальному военному присутствию и даже к полноценной обороне.

[…] Несмотря на многообразие происходящих изменений, содержание европейской политики в настоящее время продолжают определять франко-германская и американская оси, а также британская и российская политика на континенте. Правда добавилось и новое содержание – отношения национальных правительств и Брюсселя и, конечно же, новый формат общения европейских держав с малыми странами».

 

Дмитрий Офицеров-Бельский (Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономика»)

Россияне оценили международную обстановку

Вторник, 09 Июль 2013 12:54 Опубликовано в Статистика

Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) представляет данные о том, как россияне оценивают международную обстановку и видят ли признаки приближения новой мировой войны.

Относительное большинство россиян сегодня склонны оценивать международную обстановку как нейтральную (45%). Остальные, однако, чаще указывают на напряженные и враждебные отношения между странами (35%), нежели доброжелательные (13%).  Нейтральной международная обстановка представляется жителям крупных городов (52%). О напряженности склонны говорить москвичи и петербуржцы (42%), жители средних городов (40%). Доброжелательными отношения между странами называют чаще жители миллионников (17%).

Позитивно оценивать международную обстановку склонны18-24-летние (19% против 12% среди пожилых), в то время как россияне в возрасте от 60 лет и старше чаще считают ее скорее враждебной (36% против 28% среди 18-24-летних).

Две трети россиян сегодня не видят признаков приближения новой мировой войны (65%). Остальные чаще всего указывают на конфликты на Ближнем Востоке (9%), агрессивную политику США (4%), локальные войны в мире (3%).  Реже отмечается агрессивный настрой людей (2%), наращивание объемов вооружения (1%), борьба за природные ресурсы и т.д. И еще 5% в качестве признака отмечают в целом неспокойную обстановку в мире.

(Инициативный всероссийский опрос ВЦИОМ проведён 15-16 июня 2013 г. Опрошено 1600 человек в 130 населенных пунктах в 42 областях, краях и республиках России. Статистическая погрешность не превышает 3,4%).

Косиченко А.Г. «Глобализация и религия»

Понедельник, 17 Июнь 2013 12:29 Опубликовано в Мнения

Внимание к глобализации как к центральному и всеобъемлющему процессу современности в последние год-два заметно снизилось в экспертной среде, не в последнюю очередь из-за, казалось бы, локальных, но пугающе всеобщих в перспективе событий в Северной Африке и на Ближнем Востоке, а также из-за становящейся все более очевидной растущей нестабильности на всех уровнях мирового развития. Можно видеть, что глобализация как бы сегментируется на ряд значимых, но уже не глобальных (в прежнем понимании глобализации) процессов, не описываемых в терминах глобализма. Или, во всяком случае, процессов если и относящихся к глобализации, то новых для «классической» проблематики глобализации. Глобализация как бы дополняется регионализацией и локализацией. Абстрактно общее в проблематике глобализации конкретизируется на локальном уровне.

К примеру, заметная радикализация ислама, имеющая место по всему миру, – это что? Это аспект глобализации или ответ на глобализацию как ее воспринимает «исламский мир»? Или другой процесс – нарастание финансовой анархии в мировом масштабе: это запланированная «операция» или «самопроизвольный» (термин-то какой) процесс? Агрессивный либерализм, ярко проявившийся в России в последние месяцы (особенно в отношении Русской православной церкви), – это не глобальный ли процесс, целью которого является устранение последних барьеров на пути к господству либерального мироощущения? Из всего этого вырастает вопрос: не диверсифицировалась ли глобализация как единый процесс по ряду направлений, особо важных для успеха глобализма как новейшей парадигмы мирового развития?

Религия демонстрирует сопротивление глобализму на сущностных для себя уровнях, таковы вера в Бога как Создателя и Зиждителя мира; богоподобность человека, не позволяющая ему превращаться в существо, только потребляющее материальные блага и не видящее ничего за пределами этого потребления; свобода и ответственность, которые заповеданы верующим и которые они пытаются реализовывать в жизни. По этим линиям, а также и по иным религия принципиально противостоит глобализму, и противостояние это неустранимо. Причем религия противостоит глобализму вне зависимости от позиций, занимаемых по данным вопросам лидерами конфессий.

 

(Косиченко А.Г. «Глобализация и религия»)

Страница 4 из 4