facebook vkontakte twitter youtube    

Time: 6:43

По данным опроса «Sputnik.Мнения», проведенного  известной в области исследований общественного мнения французской компанией Ifop для международного информационного агентства и радио Sputnik, большинство опрошенных жителей Франции (91%) знают о военной операции России в Сирии, из них 77% поддерживают действия России в регионе.

Большинство французов не находят оправданий Турции, которая сбила российский самолет в небе над Сирией. На вопрос «на Ваш взгляд, были ли действия Турции, сбившей самолет, оправданными или нет» 61% опрошенных жителей считают, что эти действия никак нельзя оправдать. При этом в ответ на вопрос «знаете Вы или нет о военных  действиях России в Сирии» лишь 9% французов ответили, что они не обладают такой информацией, что говорит о хорошей осведомленности жителей Франции об операции РФ. На вопрос «как Вы лично относитесь к военным операциям  России в Сирии» всего 12% опрошенных граждан не поддержали Россию, и 11% ответили, что им все равно.

Опрос был проведен  известной французской исследовательской компанией Ifop для новостного агентства Sputnik в рамках проекта Sputnik.Мнения. Статистическая погрешность не превышает 3,1%. 

 

http://sputniknews.com/ 

Обнадеживающие факты после волны скепсиса

Вторник, 01 Декабрь 2015 15:03 Опубликовано в Аналитика

 

После выступления Президента Франции Франсуа Олланда перед депутатами Национальной ассамблеи и сенаторами 16 ноября, в ходе которого он объявил о поездке в Москву и попытке объединить две коалиции, во французской прессе распространился дух скепсиса. Комментаторы и журналисты писали, что цель недостижима. Часть таких высказываний была продиктована чисто личным мнением выступавших, но другая часть – это информационное контрнаступление «друзей НАТО и Америки», которые поняли, что для них настал критический момент и им надо еще сильнее активизироваться.  Это скептическое настроение в прессе отражало такую же точку зрения в части окружения президента Олланда. Таким был контекст, в котором состоялась объявленная поездка Олланда в Москву.

По моим оценкам визит принес больше результатов, чем ожидали те, кто «вообще что-то ждал от встречи». Встреча дала много интересных сигналов как по Сирии, так и по всему спектру взаимоотношений с Россией.

По Сирии стороны договорились о трех пунктах. Первое, это обмен разведданными. Второе, об интенсификации и координации ударов, наносимых в том числе по нефтепромыслам, то есть речь идет об уничтожении экономического потенциала ИГИЛ. Но самым интересным пунктом являются слова Франсуа Олланда, которые дословно звучат так: «…в третьих, силы, борющиеся с ИГИЛ и с террористическими группировками, не должны подвергаться ударам наших самолетов». Этот пункт – важный компромисс  с обеих  сторон, который еще будет «проверяться на жизнеспособность». Компромисс со стороны Франции заключается в признании того, что есть и другие террористические группировки, помимо ИГИЛ. Это явная уступка со стороны Франции по вызывавшему до этого ожесточенные дебаты вопросу. Но, очевидно, что взамен на уступку со стороны Франции Россия тоже сделала шаг со своей стороны: она «обещает» не бомбить здоровую оппозицию, которая выступает против режима Башара Асада, но не является террористическими группировками. Если Франция и Россия убедятся, что эта договоренность соблюдается, то это открывает путь, конечно, не к единой коалиции, но к кардинальному сближению политических позиций Франции и России. Ближайшие дни дадут сторонам возможность оценить, насколько поменяется практика в Сирии, будет ли переход от слов к делу…

Хочу обратить внимание на то, что помимо договоренностей по Сирии, этот визит Олланда в Москву принес изменения и по другим направлениям, в частности по Украине. В последние дни многие писали и говорили, что сотрудничество по Сирии не должно сказаться на твердости позиции по Украине, что нельзя обменять Украину на Сирию. Что же мы видим за последние сутки?  Именно в день визита Олланда в Москву премьер-министр Франции Мануэль Вальс, выступая с трибуны Национальной Ассамблеи, впервые высказался за снятие санкций с России. Такие слова крайне важны, поскольку в ЕС сложилась практика «малых стран-молчунов», которые ориентируются на заявления крупных стран. Теперь такие страны будут более смело выступать со своим собственным мнением. И еще одно «совпадение»: в этот же момент министр иностранных дел Италии Паоло Джентилони публично опроверг распространившуюся информацию, что западные лидеры на встрече двадцатки в Анталии договорились о продлении санкций против России.

 

Сейчас происходят тектонические изменения и на Ближнем Востоке, и в разрезе взаимоотношений Запада и России, при этом они невероятно быстры и разноплановы.

 

 

Череда терактов в Париже вечером в пятницу 13 ноября, явно хорошо спланированных, имела настороженный привкус, учитывая мягкую и предсказуемую реакцию французской полиции. Вот что случилось. Было совершено, по крайней мере, семь определенно хорошо скоординированных нападений: действия вооруженных автоматическим оружием лиц и террористов-смертников унесли более 150 жизней; еще больше людей получили ранения. Главный стадион страны «Стад де Франс» подвергся нападению, когда на нем происходил футбольный матч между сборными Франции и Германии. Аналогичная трагедия развернулась и в театре «Батаклан» в ходе концерта, в полных посетителей ресторанах, кинотеатре и на улицах Биша, Авеню де ла Репюблик и бульваре Бомарше. Поступали сообщения, что нападениям подверглись и другие места в Париже, включая торговый центр «Форум дез Аль», который ежедневно посещают приблизительно 150 000 человек.

Предсказуемые последствия терактов пока включают введение президентом Франсуа Олландом чрезвычайного положения, которое согласно закону о военном положении успешно приостанавливает выполнение конституционных прав. Олланд заявил: «Будут приняты два решения; первое – введение чрезвычайного положения, что означает закрытие нескольких мест и ограничение передвижения транспорта в некоторых районах; чрезвычайное положение вводится по всей стране. Второе решение, которое я принял – это закрытие границ с целью ареста лиц, спланировавших эти преступления. Мы знаем, кто координировал эти теракты. Мы должны проявить милосердие и солидарность, но мы также должны продемонстрировать единство и братство. Есть такое, чего стоит бояться, но мы должны встретить эти угрозы с высоко поднятой головой как нация, которая знает, как направить все усилия для противостояния террористам». В ключевых районах Парижа были развернуты тяжеловооруженные солдаты французской армии; закрыты пять линий метро; обслуживание рейсов в аэропорте «Орли» было приостановлено; все средние и высшие учебные заведения в Париже закрыты. Де-факто провозглашенное военное положение санкционирует репрессивный режим полицейского государства: приостанавливается действие конституционных гарантий.

После взрывов в Бостоне в апреле 2013 г. была введена бесполетная зона в радиусе более 5,5 км вокруг места трагедии; группы подразделений специального назначения провели предрассветные рейды по обширным районам, жители которых были напуганы до смерти; небо патрулировали вертолеты; полицейские и агенты ФБР были повсюду. Вместо точных и достоверных сообщений с мест стала поступать скоординированная дезинформация. После терактов 2001 г. Дж. Буш-младший объявил противоречащий конституции принцип «односторонней исполнительной власти» во имя национальной безопасности. Он объявил («липовую») войну против терроризма, за которой последовали настоящие «горячие войны» в Афганистане, Ираке, Ливии, Сирии, на Донбассе и в Йемене.

Как тогда в США, так и сейчас во Франции, были введены законы полицейского государства: вступили в силу репрессивные президентские указы по вопросам национальной и внутренней безопасности. Олланд отменил свое участие в работе саммита Большой Двадцатки, запланированного в турецкой Анталии на 
15-16 ноября. Президент Обама, как главный преследователь терроризма в мире, предложил Франции «всю возможную поддержку», двулично заявив, что Америка разделяет принцип «свобода, равенство и братство».

После терактов 2001 г. в США поспешной реакцией Вашингтона было обвинение Осамы бен Ладена и Аль-Каиды в организации терактов; это главная «Великая Ложь», и все об этом знают. В организации парижских терактов немедленно обвинили ИГИЛ, и это, несмотря на отсутствие каких-либо доказательств, подтверждающих данные обвинения. Официальные заявления, шаги официальных лиц и лихорадка в СМИ создают атмосферу страха, готовят общество пожертвовать свободой ради так называемой безопасности, подводят логическое объяснение введения жестких мер по сдерживанию потока беженцев, вызванного имперскими войнами под руководством США, а также разжигают чувство мести. Вероятно, все подготовлено для эскалации войны Запада против ТЕРРОРИЗМА вместо единства и координации действий для борьбы с ИГИЛ и подобных исламистов. Были ли теракты в Париже примером государственного терроризма – тщательно спланированной сфабрикованной операции? Один из идеологов нацизма Герман Геринг объяснял, как легко можно заставить людей принять «устремления лидеров»: «все, что необходимо – это сказать людям, что на них напали и раскритиковать сторонников мира за недостаточный патриотизм и подвергание государства опасности. Этот принцип работает во всех странах».

Теракты в Париже были или возмездием исламистов за ведение войны Западом против ислама или тщательно сфабрикованной операцией, за которой стояли интересы государства. Вероятность последнего очень высока. Об этом говорит длинная история предварительно спланированных сфабрикованных операций, имевших место в странах Запада. 20 сентября 2001 г. Джордж Буш-младший солгал Конгрессу и американским гражданам, заявив, что США подверглись терактам, поскольку «Мы – «маяк свободы». Террористы – «зло». «Это битва нашей цивилизации». Он не упомянул, что прямую ответственность за трагические события, произошедшие 11 сентября, несет политическое руководство в Вашингтоне (возможно, с участием израильской спецслужбы «Массад»). Последствия терактов в США – бесконечная вереница имперских войн под предводительством США, «липовая» Глобальная война против терроризма, подрыв фундаментальных прав человека и гражданских прав (и подмена их тиранией полицейского государства): установление американского миропорядка.

Станут ли теракты в Париже прелюдией чего-то, похожего на спланированные операции в Нью-Йорке, Вашингтоне и/или других городах США?

Ссылка на оригинал:  http://www.globalresearch.ca/

 Публикацию и комментарий подготовил Михаил Бакалинский, кандидат филологических наук, доктор философии, независимый международный обозреватель

 

 Трагические события 13 ноября в Париже заставили весь мир, и особенно Запад, еще раз осознать, что получение политических дивидендов от войн по доверенности, одним из участников которых являются представители радикальных течений, обходится дорогой ценой для простых граждан. При этом существует большая вероятность, что подобные «акции возмездия» не могли быть предпиняты без участия организаций, заинтересованных в «подталкивании» государства-мишени к определенным действиям: Перл Харбор, инцидент в Тонкинском заливе, теракты 11 сентября 2001 г.  Приведенные катастрофы и теракты считаются сфабрикованными при участии спецслужб с целью развития в обществе эффекта гиперреализма – ситуации, когда одно государство постоянно ждет неминуемой агрессии со стороны внешних сил и единственным выходом видит достижение более сильного в военном плане положения. Исходя из подобной трактовки, трагедию в Париже можно представить, как попытку создать напряжение во французском обществе, чтобы используя недовольство населения, стимулировать военно-политическое руководство Франции к более активному участию в проектах, интересующих тех международных акторов, которые считают себя исключительными и рассматривают международную ситуацию через призму однополярности. В отношении Франции такой «стимул» приобретает особое значение, если учесть историческую черту Парижа как участника международных отношений – четкая собственная позиция, миротворчество и посольство доброй воли: во времена Крестовых походов Филип Красивый выступал «мировым судьей» в конфликте Ричарда Львиное Сердце и Эрцгерцога Австрийского, а в XXI веке президент Саркози выступил миротворцем в Грузино-Осетинском конфликте после завершения операции ВС РФ по принуждению к миру грузинских захватчиков. Вероятно, ставка делалась на то, что после случившегося Париж еще плотнее начнет работать со своими «старшими» заокеанскими партнерами, чью волю он с особым рвением выполнял в последних военных интервенциях, в частности в Ливии. Тем не менее, если теракты 13 ноября и носили такую цель, они явно просчитались: последующие действия политического руководства Франции пошли не по предполагаемому алгоритму. Пассионарное выступление  Олланда во многом напоминало Клермонскую речь Урбана II, призывавшего добрых католиков в поход против неверных. Однако «новый Урбан II» вместо того, чтобы направить добрых католиков под знамена «уникального» старшего партнера, призвал форсировать налаживание диалога с Россией и координировать с ней свои действия. Таким образом, если теракты в Париже и были сфабрикованы третьими лицами, их последствия возымели обратный эффект: вместо цементирования однополярной реальности еще большую важность приобрел многополярный характер международного диалога.

 

 

Информационное агентство EurasiaDaily опубликовала редакционную статью, в которой анализируются причины произошедших в Париже в ночь с 13 на 14 ноября террористических актов. В статье указывается, что джихадисты мстят за более активное подключение французских ВВС к миссии борьбы в Сирии с «Исламским государством». Парижане и жители других городов Пятой республики всё больше должны осознавать, что действия их правительства на Ближнем Восток имеет свою цену. Таков основной посыл террористической группировки, которая взяла на себя ответственность за нападения и ныне олицетворяет собой мировое зло.

Нет сомнений, что руководство Франции решит обрушиться на ИГ в Сирии и Ираке с удвоенной силой. При этом Франция не была на первых ролях в так называемой «антиджихадистской» коалиции, где роль лидера принадлежит США. Американская авиация наносит от 85 до 90% всех авиаударов по позициям ИГ в Ираке и Сирии. ВВС Франции осуществили менее 3% вылетов, завершившихся ракетно-бомбовым ударами. Всего в Ираке и Сирии французская ударная авиация отбомбилась около 270 раз. Только с конца сентября Париж расширил свою боевую миссию с Ирака на Сирию. Первые удары по целям в САР французские власти объяснили имеющейся достоверной информацией, что на сирийской территории в лагерях подготовки боевиков ИГ готовятся террористы-смертники для совершения нападений. Затем французы взяли под прицел своей авиации нефтяную инфраструктуру джихадистов, чем, по всей видимости, окончательно спровоцировали их на открытую агрессию.

Французские многоцелевые истребители «Mirage», дислоцированные на базе в Иордании, нанесли два бомбовых удара по нефтедобывающим установкам ИГ, распложенным в провинции Дейр-эз-Зор на востоке Сирии. Обе цели были полностью уничтожены. Ранее сообщалось о налёте ВВС Франции 8 ноября на нефтяной объект ИГ на востоке Сирии недалеко от границы с Ираком.

Основная часть месторождений и нефтеперерабатывающих мощностей, которые контролируются ИГ, находятся на востоке Сирии. Здесь у «халифата» своя «столица» в Ракке. ИГ закрепилось на сирийском востоке в 2013 году, вскоре после того, как отступило с северо-запада арабской страны — со стратегически важной, но не обладающей нефтью территории. После падения иракского Мосула в июне 2014 года позиции террористов в Дейр-эз-Зоре и других, прилегающих к Ираку, сирийских регионах, приняли завершённый характер.

Почти вся нефтяная инфраструктура ИГ в Сирии расположена в провинции Дейр-эз-Зор. Всего у группировки в Сирии 253 нефтяные скважины, из которых более 160 находятся в рабочем состоянии. Предполагается, что объём добычи нефти на территории Сирии, контролируемой ИГ, составляет 30 тыс. баррелей в сутки. В Ираке извлечение углеводорода с эксплуатируемых боевиками месторождений достигает 10−20 тыс. баррелей в сутки. «Халифат» зарабатывает около  50 млн. долл. на продаже нефти в месяц. К примеру, в апрельском отчёте «министерства (дивана) финансов» ИГ этого года указывалось, что доходы от продажи нефти составили 46,7 млн. долл.

Ссылаясь на данные западных разведок, агентство «Associated Press» ранее сообщало, что «нефтяной менеджмент» ИГ - сложная и законспирированная система, которая позволила террористической организации существенно замедлить процесс деградации инфраструктуры на захваченных месторождениях нефти, даже, несмотря на авиаудары коалиции.

«Financial Times» настаивает, что ИГ получает основной доход от реализации нефти на внутренних торговых площадках, называя мифом экспорт боевиками топлива в соседние страны в качестве основных рынков сбыта «чёрного золота». Фактически сделки заключаются прямо на месте добычи, где постоянно находятся «независимые трейдеры», которые выкупают весь объём нефти для её последующей перепродажи. Большинство перекупщиков предпочитают отправлять нефть на ближайший нефтеперерабатывающий завод, после чего уже готовое для использования топливо доставляется вновь на «биржу» вблизи контролируемого ИГ месторождения нефти.

Нефть даёт террористической группировке не только стабильный доход, но и позволяет ей насаждать свои политические, экономические и социальные порядки на захваченных территориях. Сбытом углеводорода боевики создают собственную сеть влияния, выстраивают связи с потенциальными партнёрами как внутри Ирака и Сирии, так и за их пределами.

Турция стала одним из основных внешних выгодополучателей от экспорта джихадистской нефти. Сколько турецких чиновников и бизнесменов нажилось на нескольких годах выкачивания «Исламским государством» сирийской нефти и более года эксплуатации мосульских месторождений в Ираке — тема для отдельного анализа. Впрочем, и так очевидно, что торгующие с «игиловцами» турецкие чины в погонах ощущают себя куда в большей безопасности, чем находящиеся за многие тысячи километров от сирийского Дейр-эз-Зора парижане и другие европейцы.

До последнего времени нефтяные объекты ИГ не были в приоритетном списке для уничтожения авиацией России, США и Франции. Западные издания приводят такую статистику. С августа 2014 года возглавляемая США коалиция нанесла свыше 11 тыс. авиаударов. И только немногим более 200 воздушных рейдов с бомбометанием были проведены по нефтяной инфраструктуре ИГ. Выбивать из-под ног террористов финансовую подушку, конечно, необходимо. Но при этом надо отдавать себе отчёт в том, что дефицит топлива, особенно в зимний сезон, только усугубит гуманитарную катастрофу по всей Сирии. Примерно в таком ключе рассуждали эксперты до недавнего времени. До того момента, когда Россия, США и Франция стали больше вкладываться в дело разгрома ИГ при любых условиях, без оглядки на сопутствующие риски.

До «11 сентября в Париже» авианалётами на «большую нефть» ИГ отметились не только французы. 13 ноября американцы сообщили о нанесении ряда болезненных для ИГ авиаударов на востоке Сирии, которые, по словам представителя Пентагона Стива Уоррена, причинили террористам «значительный урон». В тот же день поступила информация об уничтожении российской авиацией на востоке Сирии колонны бензовозов, перевозивших сырую нефть в Ирак на НПЗ. До сих пор, как известно, авиагруппа ВКС РФ бомбила военную, а не экономическую инфраструктуру ИГ. К тому же, восточные регионы Сирии, опять же в силу их географического удаления от базы «Хмеймим» в Латакии, до этого не значились на картах полётов российских бомбардировщиков. Здесь отрабатывали цели преимущественно американская и французская авиации. Французы – с опорой на свои базы в Иордании и ОАЭ, и с применением имеющихся у них в регионе 12 многоцелевых истребителей «Rafale» и «Mirage». Заметим, во всех отмеченных случаях удары наносились по позициям ИГ в сирийском Дейр-эз-Зоре, где по данным военного ведомства США, формируется около двух третей всех поступлений в казну ИГ.

Таким образом, когда «халифат» задели за самое доходное место, от которого зависит его благополучие и сам вопрос дальнейшей выживаемости, действия террористов приняли жесточайший характер. Пламя уничтоженных в Сирии нефтяных установок боевики переносят в Европу.

Теракты в Париже вновь показали безальтернативность выступления мировых держав единым фронтом в борьбе с экстремизмом во всех его обличиях. Решения о консолидации сил в борьбе с ИГ должны быть приняты в кратчайшие сроки. Время не терпит, сохраняющиеся разногласия в путях политического урегулирования сирийского кризиса следует отложить в сторону.

 

Если в Вашингтоне, Анкаре, Эр-Рияде, других западных и ближневосточных столицах до сих пор не поняли (или имитируют «недопонимание»), тогда надо популярно разъяснить. Отношение к «Исламскому государству» как к «необратимой реальности» на Ближнем Востоке, с которым можно найти общий язык, сродни европейским и американским иллюзиям о месте под солнцем для гитлеровской Германии. 70 лет назад не для того великие державы, объединив свои силы, победили мировое зло, чтобы ныне договариваться с его современным воплощением.

 

Страница 1 из 7